Статьи > Петрозаводский феномен

Петрозаводский феномен. Вступление. Как это было.

 

Совещание в Институте космических исследований


В октябре сообщения из Петрозаводска и других пунктов продолжали поступать. Большинство из них шло через Н.П.Милова и Ю.А.Громова. Теперь я имел возможность непосредственно связываться с ними со своего рабочего телефона на ул.Вавилова. И.Г.Петровская, которая была невольным свидетелем всей этой деятельности, вскоре добровольно включилась в работу по сбору и анализу данных. Затем она привлекла своего мужа Д.А.Менькова, инженера-физика из МИФИ. Мне также помогала моя жена Нелли Хачиковна Мартиросян. Ее имя не упоминается ни в одном отчете, но помощь ее была неоценимой.

Постепенно общая картина явления стала вырисовываться отчетливей, однако многое оставалось еще неясным. Не все данные можно было увязать между собой. Конечно, было нетрудно получить согласованную картину, отбросив определенную группу данных, но к тому не было никаких оснований.

Район наблюдений определился достаточно уверено: Северо-западный регион СССР (Карелия, Ленинградская обл., Псковская обл., Прибалтика) и Финляндия. Имелись также сообщения о наблюдении светящихся объектов с борта самолета в Белоруссии и вблизи Москвы, но в какой-мере они были связаны с основным феноменом - неясно. В основном, это был все же Северо-Запад, по крайней мере, если ограничиться наземными наблюдениями.

С временем событий дело обстояло сложнее. Полная длительность явления, то есть время, в течение которого в разных пунктах наблюдались необычные световые феномены - с 3-х до 6-и часов московского времени. Чтобы как-то разобраться в событиях, мы выделили три фазы явления. Первая с 3-х до 4-х часов; вторая - около 4-х часов, она началась примерно в 4.00-4.05 и продолжалась 10-15 минут; третья фаза длилась примерно с 4.15-4.20 до рассвета. В течение первой фазы в нескольких пунктах, в разное время, наблюдался пролет одного или нескольких светящихся тел. В течение второй фазы практически одновременно во всех пунктах наблюдалось появление светящегося объекта, развитие около него полупрозрачной оболочки, появление лучистой структуры и последующий отлет объекта с изменением направления почти на 180о. В третьей фазе наблюдалось стабильное интенсивное свечение у горизонта, длившееся, как уже говорилось до рассвета.

Поскольку вторая вторая фаза протекала во всех пунктах практически одновременно, соблазнительно было попытаться объяснить ее одновременной видимостью одного объекта. В этом случае высота объекта должна была быть не менее 200 км. Но учитывая направление на небе, которое указывали очевидцы в различных пунктах, получить согласованную геометрическую картину явления не удавалось. Оставалось допустить, что явление все же связно с несколькими различными объектами. В ряде случаев очевидцы прямо указывали на наличие нескольких объектов.

Попытка определить высоту, на которой протекало явление во второй фазе, также не привела к однозначным результатам. С одной стороны, для одновременного наблюдения во всех пунктах высота должна была быть более 200 км, при этом наилучшее согласие получалось для высот более 1000 км; с другой стороны, в ряде пунктов свечение наблюдалось ниже облаков. Данные теодолитных измерений в Петрозаводске дали высоту около 6 км. Создавалось впечатление, что имеет место наложение различных факторов, обусловленных одной или разными причинами. Это помимо того, что в ряде пунктов (до и во время основной фазы) наблюдались полярные сияния.

3 октября мне неожиданно позвонили из Отделения механики и процессов управления АН СССР и от имени академика Б.Н.Петрова (он был руководителем - академиком-секретарем отделения) пригласили приехать для беседы с ним. Я приехал на такси, но из-за задержки с оформлением пропуска разминулся с Петровым буквально на несколько минут: его срочно вызвали в Подлипки. Меня принял ученый секретарь отделения В.Н.Потапов. Оказывается, у Б.Н.Петрова был разговор с президентом Академии наук СССР по поводу Петрозаводского феномена. И теперь, помимо ООФА, было решено подключить также Отделение механики.

Это была хорошая новость. В отличие от руководства ООФА, которое проявляло крайнюю осторожность - как мне кажется, в ущерб делу - позиция Б.Н.Петрова была более конструктивной. Впоследствии мне довелось присутствовать на нескольких совещаниях с участием Б.Н.Петрова, и я мог убедиться в этом воочию. Характерен такой пример. Как раз в то самое время, когда развернулись события по Петрозаводску, может быть несколько ранее, в Академию наук поступил запрос из МИД относительно НЛО, в связи с предполагавшимся обсуждением этого вопроса на Генеральной Ассамблее ООН (см. раздел 1.1). Из аппарата Президента запрос был передан консультанту, который обычно отвечал на письма трудящихся об НЛО. Когда Борис Николаевич Петров познакомился с подготовленным ответом, он счел его совершенно неудовлетворительным (слишком легковесным) и предложил мне подготовить более взвешенный ответ. Я сразу же подготовил проект ответа, но, кажется, Б.Н.Петров не успел передать его Президенту, и в МИД ушел прежний вариант.

С подключением Отделения механики было решено провести совместное совещание по Петрозаводскому феномену. Оно состоялось 1 ноября 1977 г. в ИКИ АН СССР. Из руководства ООФА на совещании присутствовали заместители академика-секретаря чл. корр. АН СССР В.В.Мигулин и акад. Р.З.Сагдеев (он же директор ИКИ), от Отделения механики был Б.Н.Петров. Из руководства Института космических исследований, кроме Р.З.Сагдеева, в совещании принимал участие Георгий Степанович Нариманов, заместитель директора ИКИ, генерал-майор, профессор, светлой души человек, он очень много сделал для того, чтобы обеспечить серьезное изучение проблемы на государственном уровне. Из научных сотрудников института присутствовал чл. корр. АН СССР Н.С.Кардашев. Не помню, был ли там И.С.Шкловский. Кажется, была А.Г.Масевич из Астрономического совета АН СССР. Конечно, были сотрудники ООФА, Отделения механики, Секции прикладных проблем. Было несколько военных, среди них генерал-полковник Г.С.Легасов, очень умный, интеллигентный человек. Если я не ошибаюсь, он занимал тогда пост начальника (или председателя?) Научно-технического комитета (НТК) ПВО Страны. Вероятно, были представители из других ведомств. Не помню - кто председательствовал на совещании.

Мне предоставили слово для доклада. К тому времени у нас уже был подготовлен отчет по данным на 20 октября 1977 г. (см. раздел 2.2. Феномен 20 сентября 1977 г. Описание явления. Предварительный анализ данных). Я рассказал его содержание. У нас не было никакой версии для объяснения феномена. Поэтому я ограничился описание общей картины явления и самым предварительным анализом данных: район наблюдения, время, характер наблюдаемого явления, число объектов, попытка локализации в пространстве (определение высоты). При различных предположениях о локализации объекта были сделаны оценки его размеров и количества выделенной энергии. Вывод, следовавший из этого анализа, сводился к тому, что масштаб явления, по-видимому, слишком велик, чтобы его можно было объяснить техническим экспериментами на спутниковых орбитах. Возможно, имело место воздействие какого-то космического фактора, но о его природе нам пока ничего не известно.

Как уже говорилось выше, ряд данных имели противоречивый характер. Очень важно было установить, наблюдался ли один достаточно высокий объект, одновременно видимый во всех пунктах, или имели место наблюдения различных объектов. Важно было уточнить высоту, на которой разворачивалось явление, и его локализацию в пространстве. Для этого надо было получить дополнительные данные от различных ведомств, причастных к деятельности в атмосфере и околоземном космическом пространстве и ведущих соответствующие наблюдения за атмосферой и космосом. Получить эти данные можно было только в служебном порядке, по официальным каналам. Следовательно, необходимо было создать межведомственную комиссию, поручив ей исследование (расследование) феномена и снабдив необходимыми полномочиями.

Доклад длился минут 40, может быть час, но не больше. Вопросов было немного. Возражений, по существу, не было.

Помнится на совещании присутствовал сотрудник Ленинградского отделения ИЗМИРАН, который был участником экспедиции в районе Лехты, где тоже наблюдалось это явление. Он приехал в Москву по каким-то делам, и В.В.Мигулин пригласил его на совещание. Ему тоже дали слово. Он добросовестно изложил, что они видели, уделив основное внимание описанию полярного сияния, которое наблюдалось как раз во время главной фазы явления. Когда его несколько прижали вопросами, пытаясь выяснить, что он как очевидец и ученый думает об этом явлении, он даже немного рассердился и заявил: - как ученый я не могу позволить себе высказывать необоснованные суждения; если вас интересует мое мнение как специалиста, я готов более подробно рассказать о характере наблюдавшегося полярного сияния. Больше ничего добиться от него не удалось.

После краткого обсуждения было принято решение о необходимости создать Комиссию по исследованию феномена. Совещание само не могло создать такую комиссию, для этого требовалось, как тогда говорили, решение директивных органов. Но оно высказало рекомендацию, что было очень важно. По существу, это был первый необходимый шаг - исходный пункт для дальнейших решений. Конечно, предстояла еще большая работа и упорная борьба, ибо скептиков было не мало. И без решительной поддержки заинтересованных людей решение легко можно было "замотать" в недрах бюрократического аппарата.


[1] [2] [3] [4] > 5 < [6] [7] [8] [9] [10] [11]

 

Комментарии :

Комментариев нет

«Миражи над Жигулями»©2001—2021
При перепечатке статей обязательна прямая обратная ссылка на этот сайт.