Статьи > Перевал Дятлова

Тайна гибели экспедиции Дятлова (версия Александра Каса)

Как принимались решения в высоких кабинетах Власти

 
Москва. Кремль. 06.02.1959. 10 ч. 00 мин.

На столе Н.С. Хрущёва раздался звонок дежурного телефона внутренней связи. Никита Сергеевич лениво поднял трубку и услышал бодрый голос своей секретарши:

- Доброе утро, Никита Сергеевич! Утренняя корреспонденция. Разрешите войти?

Никита Сергеевич, будучи чиновником сталинской закваски, отлично понимал, когда можно закрыть глаза на отдельные мероприятия и побарствовать, а когда нужно рутинно исполнять то, что просто необходимо исполнять. Чтение утренней корреспонденции было как раз тем мероприятием, к которому Хрущёв относился очень серьезно. Это была ежедневная рутина, но именно благодаря этой рутине Никита Сергеевич узнавал всю важнейшую информацию, которая стекалась для него по особым каналам: от ядерных испытаний нового американского оружия, до диссидентских настроений в студенческой среде ленинградских вузов...

- Заходите! - Тихо промолвил Хрущев в трубку и томно откинулся на спинку кресла.

Стройная, но довольно фигуристая женщина грациозно подошла к столу и осторожно положила папку на стол. Никита Сергеевич очень любил подбирать себе секретарш "как кровь с молоком", с украинскими корнями и милым его сердцу акцентом. Это была старая привычка со времен его бурной молодости на посту Первого секретаря ЦК УССР. Никита даже хотел по привычке ударить свою любимицу по пятой точке, но тяжелая головная боль быстро изменила его намерения. Накануне вечером закончился 21-ый Съезд КПСС, и бурный фуршет давал о себе знать. Годы были уже не те... Это раньше он мог до утра гудеть на сталинских попойках и сохранять при этом свежесть мысли. Теперь все это было в прошлом, и похмельный синдром навязчиво пульсировал в висках напоминанием о прошедшем торжестве... Жадно опустошив стакан боржоми и проглотив привычную в таких случаях таблетку димедрола, Хрущёв откинул обложку папки...

Изображение
Хрущёв Никита Сергеевич, глава СССР с 1953 по 1964. Он не имел прямого отношения к гибели группы Дятлова, но именно его указания позволили скрыть это Дело от честного расследования в 1959 году. Однако, Хрущёв накажет виновных за самоуправство: тем же годом КГБ подвергнется серьезной реорганизации, и все причастные к гибели туристов будут уничтожены

Читая лаконичные сводки о полетах американских самолетов U-2 над территорией соцлагеря, Хрущёв нервно тер себе вспотевший от алкогольной испарины лоб. Эти вести его очень нервировали, ибо американские бомбы могли в любой момент упасть прямо на Кремль. Никакого противоядия против этого у СССР не было, и Хрущёву срочно нужно было показать свой пролетарский кулак. Дабы никому не повадно было! Но наличие ядерной бомбы без надежных средств доставки до территории США гарантировало безопасность Союза очень условно... Поэтому, когда перед его глазами открылся Отчет об испытаниях сверхсекретной ракеты проекта "350", состоявшийся 02.02.59 года, Никита Сергеевич очень оживился и даже забыл про головную боль... Он ждал этого отчета. Имея партийную привычку читать важные документы вслух, даже когда рядом никого не было, Хрущёв начал внимательное ознакомление с представленным Отчетом:

- Так, что тут... Испытания прошли удовлетворительно, 02.02.59 в 21.56 "Объект" успешно стартовал с полигона ВВС "Владимировка" в сторону Новой Земли и, пролетев 1740 км, аварийно сошел с маршрута по причине неисправности во втором маршевом блоке... Обломки обнаружены в районе горы Отортен, Ивдельского района Свердловской области. Район оцеплен. На месте ведутся исследовательские работы и подготовка к эвакуации фрагментов "Объекта". Следующие испытания Изделия №350 намечены на 17.02.1959, необходимые поправки будут внесены... Ну, уже что-то, скоро будет вам "кузькина мать"! Скоро будет вам пролетарская Буря на всех континентах!
Справка: Проект межконтинентальной ракеты "Буря", а в лаконичных технических отчетах "Изделие №350", по замыслу Хрущёва должен был стать дамокловым мечём СССР. Ничего подобного нигде в мире не было ни до, ни после. Ввод в эксплуатацию этой околозвуковой ракеты, летящей в верхних слоях атмосферы, фактически означал для СССР тотальное преимущество над США. Многие технические решения этого проекта легли в основу проекта "Буран" и и не устарели до 21-ого века.

Изображение


Изображение

Почтовые марка и коверт, выпущенные к 21 Съезду КПСС (27.01-05.05.1959). По-видимому, на переднем плане изображена ракета "Буря", удачный запуск которой планировалось осуществить во время 21 Съезда КПСС. Других крылатых ракет, умеющих выходить в ближний космос, на тот момент просто не существовало
Изображение

Сообщения по испытаниям ракет стратегического назначения оказывались напрямую у генсека. По совсекретным каналам, уже с результатами по проведенному расследованию в зоне падения "Изделия". Подробнейше! С полным указанием всех свидетелей и даже погибших животных

- Так, а это что ещё за Справка от КГБ... Что за шпионы под Свердловском?...

Рука Хрущёва автоматически потянулась к бутылке с минералкой, которую он нервно вылил себе на ладонь и протер вспотевший лоб. Опытный партийный руководитель и фактически полноправный хозяин СССР увидел в открывшейся сводке очень опасную тенденцию. В сводке КГБ говорилось, что во время воздушной разведки в районе горы Отортен, Ивдельского района Свердловской области была зафиксирована группа посторонних людей в составе 9-ти человек, которая при задержании оказала сопротивление и была ликвидирована силами УКГБ по Свердловской области. Нет, Хрущёва насторожил не факт ликвидации шпионов, это было обычным делом в то время, и после активного участия в расстрельных тройках он давно не питал сентиментальных чувств ни к врагам, ни к своим. Никиту Сергеевича очень насторожил список ликвидированных "шпионов", в состав которых вошли студенты УПИ и дети важных партийных чиновников города Свердловска... Это был явный перебор, тем более только что на Съезде он пять часов начитывал доклад об искоренении им культа личности, о борьбе с бериевщиной, и о полной безопасности советских граждан, которую гарантирует им Партия и заботливый вождь Никита Сергеевич....

- Вот суки! Ай да су-у-у-ки!

Опрокинув полупустую бутылку боржоми Хрущёв вскочил с кресла и гневно рявкнул:

- Шелепина ко мне. Срочно Шелепина!!!

Легендарный Вождь московского комсомола Александр Николаевич Шелепин, а ныне Председатель КГБ, мчался по улицам Москвы на встречу с Хрущёвым с очень тревожными чувствами. В голове крутился навязчивый вопрос: правильно ли он поступил, когда дал ход этой Справке и отправил её в Кремль? Перебирая в голове возможные развёртки событий, Шелепин приходил к выводу, что он нигде не сделал ошибку и поступил верно: «Когда 04.02. его зам. Константин Федорович Лунев доложил о группе посторонних в зоне Аварии, приказ на силовое задержание по сути дублировал установленные инструкции. Тут он иначе поступить не мог. Конечно, Хрущ будет орать, почему сам не взял под контроль ход операции…

И хорошо, что не взял, иначе сейчас пространства для маневра было бы значительно меньше. А так есть козел отпущения – Лунев. Так, здесь понятно, если потом Лунев спустит гнев Хрущёва ниже, на Свердловское УКГБ, то это уже не его проблемы, удар он от себя отвел… Мог ли он вообще не дать ход секретному докладу Лунёва? Нет. Так поступить он не мог. Информация о посторонних прошла по линии воздушной разведки в несколько ведомств: к командующему ВВС Уральского военного округа Т.Ф. Куцевалову, который курировал испытания «Изделия» и отвечал за безопасность; и на полигон «Владимировка», следовательно Д.Ф. Устинов тоже был в курсе инцидента, а это прямой выход на ЦК и Хрущёва. Нет, всё он сделал правильно. Полностью утаить эту информацию было нельзя».

Изображение
Александр Николаевич Шелепин, с декабря 1958 по ноябрь 1961 — председатель КГБ при Совете министров СССР. Одна из основных фигур по сокрытию "Дела гибели группы Дятлова"

Подходя к кабинету Хрущёва, Шелепин галантно улыбнулся секретарше. Вежливость в общении с людьми, и особенно с подчиненными – это было наследием комсомольской работы. Но секретарь генсека – это очень важная фигура в кремлевских интригах. И напрасно Хрущёв наставлял Шелепина при назначении на должность: «У меня к вам ещё просьба: сделайте всё, чтобы меня не подслушивали». Шелепин все прослушивал, и секретарша была его внештатным осведомителем.

- Никита Сергеевич, к Вам товарищ Шелепин Александр Николаевич – звонко доложила секретарь. И, положив трубку, тихо промолвила:

- Александр Николаевич, он очень разгневан, так что держитесь.., - И громким голосом, чтобы САМ услышал её рачения: - Товарищ Шелепин, проходите!

За несколько секунд до входа в кабинет, Шелепин еще раз прокрутил сценарий предстоящей схватки: «Главное выдержать первые минуты. Никита очень расстроен, что его замысел доложить на Съезде об удачном пуске ракеты «Буря» провалился. А ведь это должно было стать апофеозом первых восьми лет его пребывания у власти. А тут еще этот инцидент… Главное сейчас не попасть под первый каток и сыграть наивного просточка. О деле потом, главное под просточка и со всем соглашаться…»…

- Здравствуйте, Никита Сергеевич! Поздравляю Вас с блестящим проведением Съезда!

- Ты что, Шелепин, твою мать, вытворяешь? Я тебя зачем на эту должность ставил два месяца назад? Чтобы ты советских граждан пачками убивал?
Шелепин, потупив глаза и слегка пожимая плечами, виновато произнес:

- О чём речь, уважаемый Никита Сергеевич? Не понимаю…
Хрущев, нервно заходил по кабинету и, важно засунув две руки в карманы штанов, вплотную подошел к своему собеседнику:

- А зачем ты, Саша, туристов под Свердловском замочил? Для этого тебя партия на Комитет поставила? Или тебе слава Лаврентия покоя не даёт? Так это мы мигом исправим, сейчас только Партия решает кто настоящий коммунист, а кто враг. Партия! А не ты!

- А, вот Вы о чём… Никита Сергеевич, так там шпионов задержали. Аккурат в районе Аварии «Изделия». Я и дал указание задержать. Ну, не без огрехов, конечно…

- Не без огрехов, говоришь? Шпиёнов задержать? Это туристы были! Понимаешь? Обычные советские ту-рис-ты.

- Дорогой Никита Сергеевич, операцию курировал мой заместитель Лунёв, и как он докладывает…

- Заместитель, говоришь? А чего ты сам не взял под контроль? Разве я не предупреждал тебя, что значит для страны испытания этой ракеты и как важно обеспечить полную секретность проекта?

- Виноват, товарищ Хрущёв, но я обеспечивал безопасность проведения Съезда… Виноват!

- Виноват он. И что теперь будем со всем этим делать?
Хрущев вытащил руки из карманов и отошел от Шелепина. Важно усевшись в кресло Никита Сергеевич потупил глаза на телефоны правительственной связи. Шелепин понял, что первую и самую тяжелую часть битвы он выстоял. Можно расправить крылья и попытаться немного отыграть ситуацию.

- Никита Сергеевич, как докладывает Лунев, по оперативной информации Свердловского областного УКГБ туристы на самом деле были диссидентами и готовили уход с важными сведениями за границу. Есть сведения, что...

- Своих выгораживаешь! Какие шпиёны, какие диссиденты? Ты в своем уме, Шелепин? Там дети наших товарищей, видных партийных работников! Я Алексея Кривонищенко еще по партийной работе с войны знаю. Настоящий большевик! И ты мне, сука, предлагаешь записать его сына в шпионы? А, может, ты нас всех хочешь в шпионов записать?

- Ну что Вы, Никита Сергеевич, просто оперативная информация была.- Шелепин понял, что совершил ошибку, и ни на какие поблажки Хрущёв по этому делу не пойдет…

- Короче, Саша, что мы со всем этим делать будем? Кто знает об инциденте? В Свердловске знают?

- Никак нет, Никита Сергеевич, это информация особой секретности. За рамки нашего ведомства никуда, кроме Вас, не уходила. Про аварию знают - так положено. А о задержании группы в Свердловске точно еще не знают.

- Это хорошо, Александр Николаевич, это очень хорошо. И чтоб никто больше не знал! Если Кириленко в Свердловске узнает, то он обязательно созовет Президиум, а это очень плохо. Не могу я это дело сейчас на Президиум выносить, тогда испытания отложат, а нам обязательно надо довести испытания этого Объекта до конца. Кстати, когда следующие испытания назначены?

- Так 17-ого февраля, я докладывал в Отчете.

- И чтоб до 17-ого ни одна сволочь в Свердловске не узнала, понял? Особенно в обкоме. Я не очень люблю свердловских, упрямые они, всегда нас аграриев недопонимали. Кириленко хитрый лис, у него большие связи в ЦК. Если он доложит об убийстве ребят твоими архаровцами, то даже я не смогу ничего сделать. Тем более после прошедшего Съезда и принятой линии на дальнейшее искоренение бериевщины. Ты меня понял, Шелепин? Если Президиум ЦК состоится, то я твою голову положу – мне деваться не куда.

- Да, Никита Сергеевич, я все понял.

- Вот и хорошо, что понял. Все замерзли, и точка. Сами. Чего в походах зимой не бывает.

- Так, а как же…

- Молча, Шелепин, молча. Я в свое время под Харьковым две дивизии «заморозил». Ну не говорить же Кобе, что у меня целая армия в окружение попала. А тут всего-то 9 человек… Иди и расхлебывай. Сам кашу заварил, сам и расхлебывай. И чтоб до следующих испытаний ни одна сука в Свердловске не узнала! Кстати, как охраняется место падения Объекта?

- Всё оцеплено. Строжайшая секретность. Ни одна мышь, Никита Сергеевич, не проползет. Лично на контроле держу.

- Вот это хорошо, что ЛИЧНО... А что, туристов прямо в зоне Аварии... "задержали"?

- Да, очень близко. Если поиски начнутся, то...

- А вот ты и думай, чтобы ТАМ поиски не начались. Ну что, я за тебя думать должен? Сам свое говнище расхлебывай. И не дай бог кто об этом узнает!

- Но, Никита Сергеевич, мне нужна будет помощь по линии Прокуратуры.

- Получишь! С тобой скоро свяжется генпрокурор Руденко. Иди работай! А с твоими архаровцами мы после разберемся. И чтобы все причастные получили заслуженное наказание! Доложишь лично, как все уляжется. Сам проверю! Ты меня понял, Шелепин?

- Так точно, Никита Сергеевич!

- Ну и хорошо, что понял. Пора Ваше бериевское гнездо совсем разгонять. Докатились – детей партийных работников в походах стали вырезать. Иди, Шелепин, и помни – докладывать мне об этом Деле всю информацию молниеносно! Ступай!

Хрущёв не стал откладывать важный вопрос в долгий ящик, и, как только дверь за Шелепином закрылась, Никитина Сергеевич взял трубку и попросил соединить с генеральным прокурором СССР Р.А. Руденко. Почти моментально в трубке раздался бодрый голос:

- Никита Сергеевич, добрый день! Руденко слушает.

- Роман Андреевич, а не пообедать ли нам сегодня вместе? Съезд закончился, а дел скопилось не меряно. Вот и обсудим, так сказать, в теплой и дружественной обстановке! Такую же кухню, как в Нюрнберге, не обещаю, а настоящий украинский борщ с галушками и горилкой гарантирую. Не забыл ещё нашу кухню?

- Никита Сергеевич, так я не против. Когда и куда подъезжать?

- А вот прямо сейчас и подъезжай! В Кремль приезжай, устал я за время Съезда от ресторанной пищи. Тут и отобедаем... К тому же вопрос один есть, важный вопрос, без тебя никак не решить...

- Выезжаю, Никита Сергеевич. Через 15 минут буду!

Хрущёв отлично понимал, что слова Шелепина о помощи по линии прокуратуры были сказаны не ради лишней подстраховки. Возникшую проблему с гибелью 9-ти туристов просто решить не получится. Тут "пропали без вести" никак не прокатывало, ибо неминуемо в Свердловске будут организованны масштабные поиски пропавших ребят, а значит и место Аварии, и связь гибели ребят с испытаниями моментом откроются. Начнутся волнения, которыми неминуемо воспользуется Кириленко и вынесет дело на Президиум ЦК. Он запретит пролеты "Объекта" над Свердловской областью и потребует партийной проверки. Дело раструбят на весь Союз и... Нет, тут нужен деликатный подход. Без помощи прокуратуры никак нельзя - Шелепин прав.

Изображение

Роман Андреевич Руденко, генеральный прокурор СССР с 1953 по 1981 гг. Станет одной из главных фигур Советской Власти, вовлечённых в "Дело гибели группы Дятлова"

А мог ли Хрущёв положиться на генпрокурора в таком пикантном деле? Да, именно на Руденко он мог положиться, как на самого себя. Их объединяло общее прошлое, еще со времен расстрельных троек на Украине и совместной работы в УССР. Тогда Руденко был зам прокурора УССР, а с 1944 прокурором УССР. Сам Хрущёв с 1938 года был фактическим главой УССР, занимал пост председателя Совета Министров Украинской ССР, затем первого секретаря ЦК КП(б)У, обладая практически неограниченной властью в этой республике. Именно тогда они вместе с Руденко возглавляли расстрельные тройки и участвовали в Трибуналах Военного Суда. На их совести было много невинно уничтоженных людей, которые стали свидетелями фатальных ошибок Хрущева во время освобождения Харькова... Руденко был выдвиженцем Хрущёва, именно благодаря Хрущеву Роман Андреевич Руденко был назначен главным Обвинителем от СССР на Нюрнбергском процессе.

Хрущев отлично знал, что Руденко всегда справлялся с заданием Партии и Хрущева "на отлично", особенно именно по "пикантным делам". Будь то Процесс Шестнадцати (показательный процесс над 16 высокопоставленными лидерами польского движения сопротивления армии Крайовы, проводившийся советскими властями в Москве 18—21 июня 1945 года. Накануне Советская сторона пригласила польских лидеров под предлогом обсуждения их возможного вхождения в состав правительства послевоенной Польши, предоставив им гарантии безопасности, однако в нарушение договорённостей они были арестованы НКВД и доставлены в Москву, где впоследствии большая часть из них была осуждена по обвинению в различных «преступлениях» против Красной Армии.

Тогда этот процесс возглавлял именно Р.А.Руденко), будь то дело Абакумова (процесс над министром государственной безопасности СССР В.С. Абакумовым по сфабрикованному делу, в 1954 году именно Руденко возглавлял Обвинение и инициировал молниеносное исполнение приговора. Как только завершился процесс, Руденко тут же запросил у Хрущёва разрешения на немедленный расстрел, который был незамедлительно получен. Если бы не этот "подвиг" Руденко и Хрущёва, то Абакумов неминуемо попал бы под реабилитацию).

- Нет - размышлял Хрущёв, - Руденко не подведет и по этому делу. К тому же это будет дополнительная подстраховка на случай утечки информации в Свердловскую облпрокуратуру. Руденко был непререкаемым авторитетом, доверив которому это Дело Хрущев мог спать спокойно и быть уверенным в положительном разрешении проблемы. К тому же, Роман Андреевич будет держать язык за зубами и никогда не использует эту информацию против него самого. Впоследствии, когда "Дело гибели группы Дятлова" будет успешно решено, Н.С.Хрущёв использует надежность генпрокурора Р.А.Руденко в 1962 году во время "Новочеркасских событий". Тогда многочисленные обращения граждан на произвол Властей в Генпрокуратуру останутся не замеченными.

На столе Хрущева зазвонил телефон внутренней охраны Кремля:

- Никита Сергеевич, к Вам генеральный прокурор Роман Андреевич Руденко!

- Ну и замечательно! Проводите его в Зал для обедов. Я сейчас туда подойду. И никого ко мне в ближайший час не пускать!

Москва. 06.02.1959. Здание Прокуратуры СССР. Кабинет Генерального Прокурора. 13 ч. 45 мин.
В кабинет к Генпрокурору Руденко вошел лысоватый человек средних лет, звезды на мундире которого выдавали высокого прокурорского работника. Это был заместитель Прокурора РСФСР Леонид Иванович Ураков. Проработав в органах прокуратуры с 1926 года, Л.И. Ураков сделал головокружительную карьеру от обычного следователя в Рязанской области до советника юстиции второго класса . И не благодаря какому-то протеже, а исключительно за свои уникальные способности и талант. Это был настоящий трудяга, отлично знающий своё дело и умеющий добиваться результата на любой должности, какую он занимал. Возглавляя с 1947 по 1953 год Следственный комитет РСФСР Леонид Иванович проявил себя не только как умелый профессионал, но и как очень грамотный руководитель.

На его долю легло тяжелое бремя борьбы с послевоенной волной уголовщины, когда ему месяцами приходилось недосыпать, работать буквально на износ и при этом оставаться в курсе тысяч уголовных дел и расследований. Поразительное чутье и умение заставлять людей добиваться поставленных задач было настолько поразительным, что очень скоро фамилию Уракова стали знать во всех областных прокуратурах РСФСР. Его боялись, им восторгались, его уважали... В последние годы товарищ Ураков работал совместно с Руденко в Комиссии по реабилитации жертв сталинских репрессий. Это была государственная программа по линии Хрущёва, и туда абы кого не брали, только самых проверенных и преданных товарищей. Именно поэтому Роман Андреевич Руденко решил назначить на очень непростое "Дело о гибели группы Дятлова" именно Л.И. Уракова.

- Роман Андреевич, добрый день! Ураков прибыл по Вашему распоряжению! - на усталом лице Уракова не читалось ни тревоги, ни волнения, ни малейшей нотки услужливости. Мало кто мог себе это позволить заходя в кабинет к грозному Прокурору Руденко. А Ураков мог, ибо всегда исполнял свой долг так, как требовалось. Ему стыдиться и бояться было нечего.

- Леонид Иванович, дорогой, проходите! Присаживайтесь... Читал-читал Ваши последние доклады по реабилитации бывших политзаключенных. Очень большой труд, Леонид Иванович... - Руденко снял очки, протер их носовым платком и медленно одев на переносицу пронзительно взглянул прямо в глаза Уракову: - На сколько я помню, по Ивдельлагу тоже Ваша комиссия работала?

Мало кто мог спокойно выдерживать этот пронзительный взгляд Прокурора Руденко, тысячи людей видели этот взгляд перед последним приговором в своей жизни. Но на лице товарища Уракова не дрогнула ни одна жилка:

- Да, уважаемый Роман Андреевич, по Ивдельлагу работал я, только в прошлом году закончили. А что, какие-то вопросы со списками возникли?

- Нет-нет, Леонид Иванович, со списками все нормально, все блестяще. А что Вы можете сказать о местном Прокуроре, о сотрудниках Ивдельлага? Насколько они были искренни с Вами, насколько исполнительны?

- Никаких проблем не возникло, люди вполне управляемые. Прокурор Темпалов, конечно, еще слабоват в нюансах нашей работы, но как исполнитель проявил себя работником ответственным, знающим своё дело. Сотрудники местного Комитета Госбезопасности оказывали всяческое содействие, очень толковые и грамотные товарищи. Так что, никаких особых проблем по работе в Ивдельлаге у меня с местными сотрудниками не возникло... А что, собственно, Вас интересует, Роман Андреевич?

Руденко отвел глаза с Уракова и ровным голосом всевластного Прокурора доложил:

- Товарищ Ураков, Вы назначаетесь на особо важное задание по надзору за расследованием гибели группы свердловских туристов в Ивдельском районе. Все документы на Ваше назначение уже оформлены, Ваш руководитель Круглов уже предупрежден. Поэтому, я Вас очень прошу отложить все текущие дела и сконцентрироваться на этом задании.

По лицу Уракову впервые пробежала нотка настороженности. Это назначение было настолько неожиданным, что брови машинально поднялись вверх, и на высоком лбу нарисовались морщинки удивления:

- Гибели свердловских студентов?

- Да, Леонид Иванович, о гибели девяти туристов из Свердловска, - чётко и с чуть поднятой интонацией в голосе повторил Руденко.

- Девяти туристов??? Как и когда они погибли?

- Есть мнение, что они замерзли, несчастный случай. - Руденко внимательно посмотрел на немного обескураженное лицо Уракова и сделал многозначительную паузу. Фраза "есть мнение" была известна не только в кругах Прокуратуры. Фраза "есть мнение" имела очень весомое значение, приказ к молниеносному исполнению, без лишних вопросов и отпирательств. Эта фраза пошла со времен Сталина, когда под ликом весьма расплывчатой формулировкой "есть мнение" Вождь выражал свой Приказ. И этот Приказ уже не терпел ни возражений, ни вопросов. Даже после смерти Сталина этой фразой продолжали пользоваться и Хрущёв, и Руденко, и многие из сталинских назначенцев. И хотя времена были уже не те, товарищ Ураков отлично понял, что означает эта фраза. Руденко торжественно зафиксировал едва уловимую обескураженность всегда спокойного товарища Уракова, и, дабы сразу закрыть этот вопрос, тихо добавил:

- По мнению уважаемого товарища Хрущёва туристы замёрзли, несчастный случай.

Понимая, что решения по делу и его кандидатуре приняты окончательно и бесповоротно, Ураков попытался хоть немного прояснить, в какую историю он влип и нарочито чеканя слова произнёс:

- А на самом деле, Роман Андреевич? От чего погибли девять свердловских туристов в Ивдельском районе?

Товарищ Руденко встал изо стола, подошел к своему собеседнику и уже по-родственному мягко произнес:

- Понимаете, Леонид Иванович, даже я стараюсь не знать некоторых вещей, ибо потом спокойнее спится. Мне своих грехов хватает. Поэтому, от чего и как погибли туристы Вам подробно расскажет Товарищ Лунёв из КГБ. Он ждет Вас на Лубянке, там Вы и уточните все подробности. Он ответит на все Ваши вопросы и расскажет, что уже сделано по линии Комитета. Документы на Ваше назначение уже оформлены, там у Вас ОСОБЫЕ ПОЛНОМОЧИЯ, сразу после нашего разговора получите в административном отделе. Круглов предупрежден, по легенде Вы отправляетесь в Свердловск для работы Реабилитационной комиссии по Ивдельлагу. Про Ваши реальные задачи и полномочия знают только Шелепин, его заместитель Лунев и начальник областного УКГБ по Свердловской области. Прокурору Ивделя доложите сами, бумага о Вашем курировании ему отправится сразу после нашей беседы. Думаю, Леонид Иванович, Ваш авторитет в Ивдельском районе и по всей Республике поспособствует успешному решению поставленной задачи. Связь со мной держать по особому каналу связи. И помните главное: это Дело должно быть расследовано в кратчайшие сроки и не выйти за рамки Ивделя. Никита Сергеевич очень настоятельно просил не доводить информацию об этом расследовании до Свердловска. То есть следствие провести в рамках Ивдельской прокуратуры, установить личности уже на стадии похорон. А лучше вообще после похорон в Ивделе. Дело надо провести быстро, не затягивая процесс. Поэтому УД должно быть открыто уже сегодня - указания прокурору Ивделя дадите сами. Вам всё понятно, товарищ Ураков?

- Мне все понятно, товарищ Руденко! Я постараюсь все сделать правильно. А как мне следует поступать, если информация об этом расследовании всё-таки просочится в Свердловск ранее окончания проведения необходимых процессуальных мероприятий?

- Лучше, что бы этого не произошло. Но и на этот случай Особые полномочия, которыми Вас наделяют, позволяют Вам пресечь эту утечку и на уровне Свердловского обкома. Само собой, после информирования меня и необходимых процедур по партийным каналам. Но, повторюсь, лучше, что бы это Дело было завершено до утечки информации в Свердловск. И еще... Постарайтесь, чтобы как минимум до 17-ого февраля никакой утечки не произошло. Дело надо закрыть в двухнедельный срок, то есть до 20-го февраля. Перед закрытием прошу ЛИЧНО проверить все материалы по этому УД, собранные Ивдельской прокуратурой... Еще вопросы?

- Больше вопросов нет. Когда вылетать в Свердловск?

- В Свердловск можете вылетать хоть сегодня. Пока будете работать в Свердловском УКГБ. В областной прокуратуре ничего о Вашем приезде и работе знать не должны. В крайнем случае подключите меня, я знаю как надавить на прокурора Клинова по своим методикам. - Руденко улыбнулся, но в этой улыбке прочитался зловещий оскал главного Обвинителя Советского Союза. И после небольшой паузы добавил: - Клинов будет на нашей стороне, даже если при этом придется перейти дорогу Кириленко. Но лучше до этого не доводить.

- Разрешите идти и приступить к исполнению? - нарочито бодро отчеканил Ураков.

Генпрокурор подошел к своему собеседнику и, широко улыбнувшись, протянул руку:

- Леонид Иванович, товарищу Круглову скоро на заслуженный отдых. У меня другой кандидатуры, кроме Вас, на пост Прокурора РСФСР нет. Поэтому я очень надеюсь, что Вы как всегда блестяще справитесь с поставленной задачей!

06.02.1959. Здание Ивдельской прокуратуры, кабинет Прокурора. 18.15 по местному времени.
Прокурор Ивдельской прокуратуры В.И. Темпалов сидел за своим рабочим столом и не спеша помешивал чай в своей любимой трофейной чашке. Эту фарфоровую антикварную вещицу он привез из Германии, где был после войны комендантом небольшого городка. Она напоминала о его геройском прошлом, о штурме Берлина, о той радости Великой Победы, которую понимают только прошедшие через пекло фронтовики.

Изображение

Изображение

Сегодня он задержался на работе не просто так, хотя привык часто работать допоздна. На этот раз причина была другой. Сегодня днём он получил срочную депешу из Прокуратуры СССР, что передаётся в прямое подчинение зам. прокурору РСФСР товарищу Уракову. В лаконичном тексте телеграммы было только одно указание: ждать звонка и дальнейших указаний. Вот он и ждал. Нельзя сказать, что Василий Иванович очень удивился этой телеграмме, за свою работу в ивдельской прокуратуре он уже ничему не удивлялся.

Подобные депеши приходили к нему и раньше. В том числе и от самого Уракова, когда они совместно работали в комиссии по реабилитации осужденных Ивдельлага. Темпалова озадачивали только два слова в этой телеграмме: "Сов. секретно". Эти слова не выходили у него из головы, но он всё-таки склонялся к мысли, что речь идет о получении важной информации на какого-нибудь предателя родины, коих в Ивдельлаге было предостаточно... На столе зазвонил телефон и прокурор уверенно взял тубку:

- Темпалов слушает!

- Василий Иванович, добрый вечер! С Вами говорит Ураков.

- Да-да, Леонид Иванович, меня уже предупредили. Доброго здравия!

- Василий Иванович, в вашем районе обнаружена группа погибших туристов. Я получил эту информацию от наших товарищей из Госбезопасности. Как Вы понимаете, это дело совсекретное, и я очень прошу никому о нём не говорить. ЛюбаЯ информация по этому Делу должна ложиться мне на стол, и никому более.

После секундной паузы Темпалов, немного растягивая слова, произнес:

- А если понадобится помощь облпрокуратуры...

- Не понадобится! - резко оборвал Ураков, - Никто не должен знать об этом деле ни малейшей информации. Понимаете, никто! И в первую очередь в Свердловской облпрокуратуре. ЭТО - совсекретное Дело, не мне Вам пояснять...

- Я все понял, товарищ Ураков! Какие будут указания?

- Василий Иванович, не надо так официально... Мы знаем друг-друга давно, и нам придется работать вместе в одной упряжке. По заданию Генпрокурора создана следственная группа по особо важному делу. В эту группу назначены мы с Вами, и вместе будем проводить следственные мероприятия. Вам надо сегодня возбудить Уголовное дело по факту гибели 9-ти человек, предположительно туристов. Они были обнаружены в районе горы Отортен, с явными признаками смерти от переохлаждения. По оперативной информации трупы обнаружил местный лесник Пашин и сразу сообщил в Вижайское отделение милиции. Там, с помощью сотрудников Вижайского ИТЛ, информацию проверили и эвакуировали трупы в расположение своей части. Вам надо немедленно начать дознавательные мероприятия на предмет установления состава группы и сроков прохождения групп туристов через территорию Ивдельского района.

- Леонид Иванович, а почему меня сразу не поставили в известность из Вижайского отдела милиции?

Разговор прервала многозначительная пауза. Вопрос, озвученный Темпаловым, был отлично понятен товарищу Уракову. Поэтому последний, чуть повысив тональность, чётко и безапелляционно доложил:

- Товарищ Темпалов, дело связано с Госбезопасностью, и на это есть веские основания. Давайте не будем сейчас разбирать эти моменты, а приступим к исполнению поставленных задач?

- Я всё понял. Вопросов больше не имею. Готов приступить к исполнению!

- Ну и хорошо, что поняли! - смягченным голосом сказал Ураков. - Василий Иванович, сегодня надо опросить все узлы связи, пункты обязательной регистрации тургрупп, задействовать милицию. Но, прошу Вас, при этом никакой информации о причинах дознавания пока не сообщать. Просто дознавательные действия по поводу туристических групп, их состава, времени прохождения. И все протоколы аккуратно прикалываем в папку. Нам на предварительное расследование по этому делу дано 10 дней. И еще... С Вами завтра встретятся наши товарищи из Комитета, и Вы вместе с назначенным следователем дадите положенные подписки. Товарищи обрисуют Вам систему требуемой секретности и предоставят дополнительные каналы связи. Завтра, после обеда, я буду ждать Вас в Свердловске, в здании областного УКГБ.

- Понятно! Мне как добираться, на служебном самолете п/я 240?

- Нет, за Вами завтра зайдут товарищи и доставят Вас своими средствами. Никто пока о Вашем завтрашнем визите в Свердловск знать не должен. Завтра и расскажите, что успели сделать за это время. Не смею больше задерживать! До встречи!

- До встречи, Леонид Иванович!

Темпалов еще долго держал трубку, в которой нудно пульсировали короткие гудки. Он очень хорошо осознал, что влип в какую-то очень нехорошую историю. Положив телефон, и выпив до дна уже остывший чай, прокурор вышел из кабинета и прошелся по коридору. В следственной части кто-то звонко чеканил на печатной машинке. Открыв дверь, Темпалов увидел сидящего за столом юного розовощекого человека в обычном шерстяном свитере. Это был молодой следователь Владимир Коротаев, раскосые глаза которого выдавали коренного ивдельца.

- Володя, как хорошо что ты еще не ушел.

- Так, дела, Василий Иванович, дело гражданина Рееба на финишную прямую вывожу, скоро суд, - бодро доложил молодой человек, устало улыбнувшись.

- Ты, Володя, вот что... Пока Дело по Реебу отложи и пойдем ко мне в кабинет. Есть срочное задание.

- Срочное задание?

- Да, Володя, очень срочное и важное задание. Настолько важное, что сегодня, я полагаю, нам поспать уже не удастся.

17.02.1959. Прокуратура по Свердловской области. Следственный отдел. Кабинет заместителя Начальника следственного отдела. 16.30 (время местное).

За столом сидел коренастый симпатичный человек среднего роста и внимательно заполнял какие-то бумаги. Это был Евгений Фёдорович Окишев, зам. начальника Следственного отдела Свердловской облпрокуратуры. На столе зазвонил телефон и Окишев, с аккуратностью бывшего опытного особиста, вставил перо в малахитовую чернильницу и устало взял трубку.


Изображение

- Евгений Федорович, добрый день! С Вами говорит Коротаев, следователь Ивдельской прокуратуры...

- Коротаев?

- Ну да, Владимир Коротаев. Помните, я у Вас совсем недавно стажировался перед отправкой в Ивдель.

- А... Володя. Конечно помню, хорошо помню! Мне о Вас Темпалов много лестного рассказывал, говорил, что человек с хорошей хваткой, дела ведет очень профессионально, говорил, что у тебя, Володя, большое будущее!...

- Евгений Федорович! - прерывая фразу Окишева и понизив голос почти до шёпота, быстро заговорил Коротаев. - Тут такое дело. Я сейчас веду УД по гибели в Уральских горах группы туристов. Так вот, мне удалось установить, что это те самые студенты Политеха, которых сейчас разыскивают в Свердловске. Но, Дело крайне сложное... В тайге полно военных, какая-то авария. Манси постоянно твердят об "огненных шарах".... Понимаете, там не просто погибли ребята, у меня после оперативных мероприятий есть масса свидетельств и улик, что ребята не замерзли, их убили...

- Стоп, Володя, подожди! А почему об этом Деле мне докладываешь ты, а не прокурор Темпалов? Я впервые слышу об этом расследовании.

- Так в том то и Дело, Евгений Федорович! Сейчас Темпалова нет, он улетел в Свердловск, для встречи с Ураковым, вот я и решился Вас набрать.

В голове у Окишева поплыли очень тревожные мысли, они буквально застучали в висках набатным колоколом:

- Ты сказал, У-ра-ков? Темпалов поехал на встречу к заместителю прокурора РСФСР? Они в Свердловске?!

- Да, Евгений Федорович, именно так. Этот Ураков и курирует наше Расследование, поэтому Темпалов и запретил мне докладывать Вам в прокуратуру какие-либо сведения об этом Деле. Категорически! Но, тут еще комитетские со всех сторон обложили, мне пришлось дать расписку о неразглашении...

- Так, Володя, подожди! Когда ты взял это Дело?

- Шестого февраля, мне его приказным порядком навязал сам Темпалов, мол трупы туристов скоро начнут поступать, надо взяться за расследование. Мол, есть мнение, что там ничего криминального, холодовая смерть... Но когда я увидел эти трупы, когда провел опросы местных охотников, лесников, геологов, то картина стала вырисовываться в совсем другом цвете. Их убили, понимаете, их уби...

- Стоп!!! Володя, остановись! Успокойся и послушай меня - Окишев предельно чётко осознал всю важность полученной информации, и быстро промотал в голове возможные раскрутки данного инцидента. Так, если дело ведет прокуратура РСФСР без уведомления нашей Областной прокуратуры, то тут только два варианта: либо это дело по линии особо важных дел, связанных с Гостайной, тогда оно пройдет мимо них по линии Специальной прокуратуры, по поводу некой секретной Аварии, это не так страшно. Либо... От второго варианта у Евгения Фёдоровича даже немного затряслась голова, что иногда случалось с ним после тяжелейшего ранения на фронте во время Войны. ...Либо, на подведомственную его Следственному отделу прокуратуру хотят повесить очень страшное преступление с гибелью 9 человек... А это намного страшнее! По Первому варианту и следователь был бы другой, явно не его юный стажёр Коротаев, и подчиненность была бы совсем другому прокурору, а не Темпалову. Да и их бы в облпрокуратуре моментально предупредили бы, что ТАМ спецдело и сувать свой нос ТУДА не надо. Окишев за свою карьеру много раз сталкивался с подобными Спецделами, они были ему очень, очень хорошо знакомы... Нет, не похоже это на расследование Спецпрокуратуры по Аварии. Совсем не похоже... А, это значит, что дело там не только в Аварии, и без подставы местной облпрокуратуры это УД закрыть по линии одной Спецпрокуратуры никак нельзя... Значит, в роли подставного должна выступить Свердловская облпрокуратура... И первой жертвенной пешкой должен был пасть его любимый стажёр Коротаев, а дальше он сам... Лихо! Очень лихо!

- Володя, успокойся и ответь мне на несколько вопросов! Уголовное Дело, которое ты сейчас ведешь.., в какой Папке собирается материал и какой присвоенный Номер УД по Описи?

- Папка обычная - Свердловской областной прокуратуры. А с номером сразу вышел казус. Когда я хотел присвоить порядковый номер УД по Описи, Темпалов приказал мне это УД пока не фиксировать. Якобы, он потом сам пронумерует его и сдаст в архив. Мол, дело понятное - туристы замерзли, и точка. Мол, на Суд это Дело выводить не будем - чистый отказняк. То есть де-юре наша облпрокуратура и ведет это Дело...

- Понятно! Володя, а какие-то другие прокуроры, следователи подключались к этому Делу, тебя допрашивали? Ураков был, смотрел материалы?

- Уракова не было. Никаких других следователей не было, никто не допрашивал. Темпалов взял материалы УД с собой к Уракову. Такое впечатление, что это дело вообще проходит как-то странно. Девять человек погибло, а никого не интересуют ни мои допросы, ни мои экспертизы. Я сразу, по поступлению первых трупов, написал Постановления о проведении СМЭ, так вот: Темпалов их не утвердил! Мол, обойдемся Внешним осмотром трупов! Якобы, итак все ясно, и никаких экспертиз назначать не надо. Всех, кто дал мне важные показания по убийству, и чьи Протоколы допросов я приколол к Делу, тут же арестовываются. Их пытают комитетские и вохровские, и они отказываются подтверждать свои первоначальные показание, данные мне ранее. Несчастные охотники манси! Им досталось особенно тяжело... Их показательно выводят на улицу и издеваются, прямо напротив окна моего кабинета! А сегодня, час назад, мне позвонил Темпалов и приказал Готовить постановление о завершении Предварительного следствия и закрытия УД за явными признаками холодовой смерти. Чтобы к 19.02 Постановление было готово! Но, Евгений Фёдорович, я не хочу и не могу подписывать это Постановление. Как я потом в глаза их родителям буду смотреть? Ведь на меня потом всех кошек и повесят - я Следователь. Я просто не знаю, как выйти из этой ситуации. Помогите мне, пожалуйста!

- Не переживай так, Володя, конечно же помогу! Так, еще один вопрос: вспомни, по какой Статье ты давал расписку о неразглашении?

- По 75-ой!

- Так, понятно! Это Гостайна, значит ты уже на контроле КГБ и просто так соскочить с этого УД у тебя не получится...
- Так на контроле! Еще каком контроле! Тут все оцеплено комитетчиками, в морг меня больше не пускают, трупы куда-то увезли, говорят в Свердловск. Врут! А их начальник Красноборов, так тот вообще каждый день наведывается, все проверяет и постоянно угрожает...

Окишев очень хорошо осознал, в какой ситуации оказался его молодой стажер, а так же он отлично понял, что после переданной ему информации, он тоже стал невольным участником в очень опасной Игре. Телефон, скорее всего, был уже на прослушке Комитета, тогда уже ничего не сделать и Володю не спасти. А ему очень хотелось помочь этому искреннему и очень смелому человеку. К тому же, следующей убитой картой в этой Игре вполне мог стать он сам. Привыкнув на фронте принимать наиболее взвешенные решения в самых экстремальных ситуациях, Евгений Фёдорович продолжил:

- Товарищ Коротаев, последние вопросы: как Вы узнали о поездке Темпалова к Уракову, и откуда Вы мне сейчас звоните? - максимально стараясь сдержать волнение уверенным голосом спросил Окишев. Он даже перешёл на "Вы", дабы в случае прослушивания этого разговора Комитетом у него были какие-то варианты для манёвра.

- Обижаете, товарищ Окишев! Ну, конечно же не из кабинета. Я с почты звоню, по легенде я тут проверяю отправленные и пришедшие корреспонденции по всем тургруппам, прошедшим через Ивдель. А о поездке к Уракову мне прокурор оставил записку...

- Умничка! Не зря я тебя стажировал! - значительно более бодрым голосом ответил Окишев. - Слушай меня внимательно! Очень внимательно, Володя, очень! Сейчас беги домой, скажешь родным, что уезжаешь срочно в командировку на неделю-две. Тебе теперь в Ивдель до конца этого Дела возвращаться нельзя. Далее, завтра ты самым утренним самолетом вылетаешь в Свердловск. Корочка тебе в помощь! Темпалову потом позвонишь, мол надо по делам, ну в Архив Прокуратуры, или к родственникам, мол срочно кого-то надо положить в больницу, или еще что. Ну придумаешь что-нибудь, не мне тебя учить! Я не могу тебя сейчас забрать прокурорским самолетом - нельзя раньше времени светить карты, ибо никто до поры до времени НИЧЕГО не должен знать ни о твоей сегодняшнем звонке, ни о твоем завтрашнем визите в Прокуратуру. Это исключительно в целях твоей безопасности. На аэродроме в Свердловске тебя на спецстоянке будет ждать наш прокурорский автомобиль. И никуда после прилета не заезжать, ни в гостиницу, ни к родным - сразу прямиком ко мне. По приезду через дежурного спросишь меня, я буду ждать! А записочку Темпалова захвати, где она, кстати?

- Так я записку уже в урну отправил. Найду, и привезу!

- Ты уж, Володенька, эту записочку найди, аккуратно спрячь и привези. Это теперь не просто записка - это теперь твоё алиби. Никто сейчас не знает, как это дело повернется. Мы с записки копию сделаем и оригинал тебе вернем. Тебе теперь этот листок долго хранить придется, всю жизнь. Она тебя пережить должна! Спрячешь где-нибудь, но так, чтобы обыски не нашли. Сам понимаешь - на всякий пожарный! Мне больше не звонить, ни с какого телефона. Никому ни слова. Володя, и будь предельно осторожен! До встречи завтра!

- Я все понял, товарищ Окишев! До встречи завтра! - И, после небольшой паузы молодой человек растроганным голосом добавил: - Спасибо Вам!

- Пока не за что, Володя... И еще, ты мундир свой отгладь и фуражку не забудь.Помнишь, как я тебя учил? - К начальству всегда, как на парад! В любой ситуации! Завтра к прокурору области пойдем, или ещё выше. Может тебе завтра придётся первую дырочку колоть на новом мундире!

- Так нет еще мундира, Евгений Фёдорович, - Темпалов не выдал! Только фуражка...

- Ну ничего, Володя, как приедешь - я тебе самый красивый мундир подберу. Самый лучший! Главное, чтобы было кому его носить завтра. Береги себя, Володя! До встречи завтра! - Громко ответил Окишев и быстро положил телефон. Он прекрасно понял всю серьёзность сложившейся ситуации, и что с этой информацией ему одному долго ходить нельзя. Он машинально набрал внутренний телефон своего непосредственного руководителя Лукина, и... в последний момент резко бросил трубку. В его голове закружились очень нехорошие мысли. Он, вдруг вспомнил, каким странным в последнее время был товарищ Лукин, что он категорически указал о всех звонках из "специальных зон" тут же докладывать ему лично, не предпринимая никаких действий. Якобы, там идет некая госпроверка. А его постоянные местные командировки в последнее время, коих он уже давно не делал? А прокурор по спецделам Ахмин, который зачастил в кабинет Лукина в последнее время? При этом Окишев, который раньше был в курсе всех дел Лукина, в феврале оказался в полном вакууме информации. С глубоко задумчивым видом и пылающими глазами Евгений Фёдорович прошептал:

- Нет, плохо вы ещё знаете члена Военного Трибунала дивизии капитана Окишева! В таком деле нет друзей-товарищей, нет начальников и исполнителей. Тут каждый шаг выверять надо и быть предельно осторожным! - После этого Евгений Федорович быстро набрал номер прокурора области и громко доложил:

- Товарищ Клинов, это Окишев. Мне нужно срочно с Вами переговорить! Очень важный разговор!

МАТЧАСТЬ (Записка Темпалова Коротаеву. Не ранее 15.02.1959. Из Архива В.И. Коротаева):

Изображение Изображение

18.02.1959. Приёмная Прокурора Свердловской области Николая Ивановича Клинова. 12 часов дня (время местное).

В приёмную вошли Окишев и Коротаев, на последнем был новый прокурорский мундир, но без петлиц. Окишев не смог найти подходящий мундир следователя и подобрал то, что имелось у него под рукой. Симпатичная Секретарша очень вежливо поприветствовала вошедших:

- Добрый день, дорогие товарищи! Николай Иванович давно ждёт Вас! - и, набрав коммутатор, доложила: - Николай Иванович! Товарищи Коротаев и Окишев прибыли. Разрешите войти?... Да-да. Я всё поняла, хорошо! - и, повернувшись к гостям, сказала, - Товарищ Клинов просил пока только вас, Евгений Фёдорович!

- Хорошо! - и, повернувшись к Коротаеву, Окишев добавил, - Володя, сиди здесь и жди, когда мы тебя пригласим. Только никуда не отлучайся, даже покурить!

Коротаев утвердительно кивнул головой и за Окишевым закрылась дверь кабинета...

Сидевший за столом прокурора человек лет пятидесяти тут же встал и протянул руку:

- Здравствуйте, Евгений Фёдорович! Как добрались, без приключений?

- Всё нормально, Николай Иванович! Правда утром Коротаева на Ивдельском аэродроме остановили сотрудники КГБ, но его легенда сработала и он перед Вашим кабинетом!

- Замечательно, я сейчас его приглашу. Я вот о чём с тобой пошептаться-то хотел! Вчера, после нашего разговора я тихонько, на мягких лапах, набрал прокурору РСФСР Круглову. Спрашиваю, мол видел в Свердловске товарища Уракова, а Вы не предупредили нас, мы бы встретили как полагается, какими судьбами он у нас? А Круглов мне не моргнув глазом: "у меня Уракова две недели назад приказом забрал Руденко, якобы для продолжения работы реабилитационной комиссии в Свердловской области. Так что ты лучше у Руденко спроси, чего он там делает"... Ну, я конечно Руденко звонить не стал, а что я у него спрошу: что тут делает товарищ Ураков по Вашему специальному заданию? Да меня Руденко за такие вопросы сразу в порошок сотрет. Ладно, думаю... А сегодня, после получения оперативной информации об успешном приземлении Коротаева в Свердловске, я решил на удачу набрать Темпалову. И он оказался на месте! Ну, думаю, держись! Спрашиваю: "Что слышно о пропавшей группе наших туристов?" А он в ответ твёрдым голосом: "Ничего не слышно, товарищ прокурор!" А я еще более предметный вопрос: "Василий Иванович, а ты открывал какие либо дела о гибели, или пропаже туристов в своем районе?" А Темпалов мне ещё более уверенно: "Никак нет, не открывал!"...

- Ну так он после подписки о неразглашении под крылом Уракова и мать родную теперь не признает! - воскликнул Окишев. - Я этого солдафона-артиллериста давно знаю. Если был приказ молчать - он ни слова не скажет...

- Да это понятно, Евгений! Ты думаешь я Темпалова не знаю и не понимаю ситуацию? Слушай дальше... Я после разговора с Темпаловым даже немного успокоился. Сижу-думаю, а может молодому Коротаеву все это почудилось по впечатлительной юности? Может и нет никакой проблемы... А тут, минут через пятнадцать после разговора с Темпаловым, звоночек! Как думаешь, от кого?... От самого Ештокина!

- От Второго секретаря Обкома? - Окишев аж привстал от удивления.

- Да, Евгений Фёдорович, представь себе, от него! - важно улыбнулся прокурор и взял интригующую паузу... Но Евгений Фёдорович никак не подогрел ажиотаж и очень озадаченный присел обратно на свой стул.

Клинов продолжил:

- Ештокин сразу же вопросы задавать, со свойственной ему хамоватой манерой: мол что там у Вас творится, что там у вас делает следователь Коротаев? А я ему очень спокойно докладываю, ну как мы с тобой договорились. Мол, не знаю я ничего про Коротаева, не видел! Мол если увижу - тут же Вам доложу, Афанасий Фёдорович! А Ештокин как закричит гневно в ответ: сегодня в три часа жду тебя с зам. прокурора РСФСР Ураковым у себя в Обкоме!

- Ай да поворот! Ну Вы, Николай Иванович - талантище, сразу чувствуется блестящая прокурорская практика! Как Вы их всех раскрутили! - с восхищением вставил Окишев. - Ну теперь все понятно, почему он тебе позвонил. Это от Темпалова тревога прошла, транзитом через Уракова.

- Так и ежу понятно, что от Темпалова. Ну ничего, как это Дело уляжется, я и с Темпаловым разберусь - Ураков тоже не вечный. Я Темпалова по несоответствию вообще от прокурорской работы отлучу. Баран! Неужели он думает, что обделывая свои делишки по московскому сценарию он сможет сохранить должность и чистым выйдет из воды? Дурачок, ведь Ураков при первых вопросах по липовому Делу на него с Коротаевым всех кошек и повесит. Откажется от всего не моргнув глазом, я Уракова знаю!... Ладно, чёрт с ним, с Темпаловым... Я после этого звонка окончательно понял, что твой Коротаев сообщил верную информацию. Там такая заварушка, что сам Ештокин под ударом. А он у нас силовые структуры в обкоме курирует, то есть местное Управление КГБ. А значит там комитетские такое напортачили, что Ештокин с Ураковым будут меня очень сильно уговаривать принять Ивдельский Спектакль по сценарию Уракова... А как я могу принять этот сценарий, если в этом случае наша облпрокуратура тут же на позорный столб всем составом отправится. У меня почтовый ящик забит гневными запросами и угрозами от родных пропавших туристов. Мы же уже Дело открыли.... Напомни, какого числа?

- Так еще Двенадцатого февраля, всем уведомления отправили - бодро доложил Окишев, удовлетворенно понимая, что Клинов твёрдо решил занять их сторону с Коротаевым.

- Двенадцатого! А нам предлагают принять ураковское расследование за истину. А по нему на 12-ое февраля уже дело давно открыто, трупы осмотрены и, может быть, уже похоронены. А мы в облпрокуратуре ничего не знали, людей успокаивали. Как такое Дело можно принять? Так нас гневные свердловчане на улице растерзают! А ведь подобные запросы не только мне приходят, но и Самому Кириленко! Он тоже постоянно спрашивает у меня о пропавших туристах. И я не думаю, что он вообще в курсе ураковской самодеятельности у себя в области. Поэтому, если Ештокин будет настаивать на Московском сценарии, я к Кириленко пойду! Как думаешь, Евгений Фёдорович, кого поддержит товарищ Кириленко? - Клинов внимательно взглянул прямо в глаза озадаченного Окишева.

- Тут мне тяжело сказать, Николай Иванович, Вам виднее...

- А тут и к бабке ходить не надо, Кириленко никогда не поддержит ураковское дело. Они в Москве сразу ошибку совершили, когда решили провернуть это Дело за спиной Свердловского вождя и его облпрокуратуры! - уверенно отрезал прокурор. - Теперь пусть сами кумекуют, как им "найти" туристов после 12-ого февраля, Ураков у них по этим вопросам большой придумщик... Поэтому давай, зови своего комсомольца! Мне перед встречей с Ештокиным и Ураковым нужно знать все подробности, чего они там напортачили. Время уже поджимает, скоро в Обком выезжать... И ещё, сразу после разговора спрячь Коротаева на служебной квартире и поставь охрану. Само-собой, я вынужден буду в Обкоме открыть карту Коротаева, а он нам теперь живой нужен. Как минимум до неизбежной встречи с Кириленко.

- Я все понял, товарищ Клинов! Всё исполню! - и, приоткрыв дверь кабинета, громким приказным голосом выстрелил, - Товарищ Коротаев! Вас просит к себе Прокурор Свердловской области товарищ Клинов!

МАТЧАСТЬ (Ответ Свердловской облпрокуратуры на запрос родственников Дубининой о том, что облпрокуратура открыла Дело по факту пропажи туристов еще 12.02.1959, на 6 дней позже Даты на обложке УД и на 16 дней раньше Постановления о возбуждении УД за подписью Темпалова):
Изображение

18.02.1959. Свердловск, здание Обкома Партии. Кабинет Второго секретаря А.Ф. Ештокина. 15.00

Войдя в кабинет, Прокурор Свердловской области советник юстиции III класса Николай Иванович Клинов оказался перед большим столом Т-образной формы, во главе которого сидел круглолицый лощёный человек с надменным лицом крупного партийного функционера и пустыми поросячьими глазками. Большие пальмы в вазонах за его спиной выдавали тщеславие и безвкусные барские замашки хозяина кабинета. Это был Второй секретарь Обкома Афанасий Фёдорович Ештокин. Справа от него через центральный стол сидел зампрокурора РСФСР Леонид Иванович Ураков.

Изображение
Зампрокурора РСФСР Л.И. Ураков

Изображение
Прокурор Свердловской области Н.И. Клинов

Изображение
А.Ф. Ештокин. Второй секретарь Свердловского обкома

Эти лица были хорошо знакомы Николаю Ивановичу, и он отлично понимал, что можно ожидать от каждого из указанных персонажей. Он также предельно чётко осознавал, что от предстоящей схватки зависит очень многое, в том числе и его собственная карьера. Но в его рукаве было достаточно козырей, чтобы не только выйти сухим из воды, но и получить большие преференции на будущее. Первым признаком настроения второго босса Свердловска было приглашение, или неприглашение вошедшего в кабинет товарища присаживаться. На это раз Ештокин не предложил Клинову присесть и тут же устремился в атаку с "саблей наголо":

- Товарищ Клинов, мне крайне неудобно перед Леонидом Ивановичем - визгливым голосом затявкал Ештокин. - Что у Вас там за самодеятельность проходит? Почему Вы не согласовываете свои действия с прокуратурой РСФСР?

- Простите, Афанасий Федорович, но я всегда стараюсь согласовывать свои действия и с прокуратурой РСФСР и с товарищем Кириленко - спокойным и твёрдым голосом парировал Клинов. Он умышленно помянул фамилию Первого секретаря Обкома, давая понять своим оппонентам, что он обязательно использует свой главный козырь в лице Кириленко. К тому же Николай Иванович хотел по реакции на эту фразу оценить, в курсе ли Вождь Свердловска о делишках Уракова в Ивделе. И он сразу увидел, что Кириленко не знал об этой московской операции у себя в области.
Ураков встал изо стола и, сделав несколько шагов навстречу Клинову, нарочито вежливым голосом произнёс:

- Николай Иванович, дорогой, да Вы присаживайтесь! Расскажите нам, пожалуйста, что Вы знаете о пропавших туристах в Ивдельском районе? Насколько нам известно, следователь Коротаев был сегодня утром у Вас в кабинете...

- Так точно, был - присаживаясь в середине стола слева от Ештокина, спокойно отрапортовал Клинов. - Не только был, но и рассказал очень много занимательных вещей! - облпрокурор внимательно посмотрел на окаменевшие лица своих собеседников, которые постоянно молча переглядывались.

- Оказывается туристы УПИ, которых мы старательно разыскиваем по обращению родственников давно найдены. Найдены доблестными сотрудниками Ивдельской прокуратуры под чутким руководством зампрокурора РСФСР. А мы, Леонид Иванович, и не в курсе этого. Что туристы не просто давно обнаружены, но и зверски убиты - обыгрывая интонационно каждое слово, спокойно докладывал Клинов.
Ураков пронзительно взглянул в глаза облпрокурору и холодным приказным голосом грубо оборвал неприятные ему подробности коротаевского доноса: - Теперь это Дело придётся взять Вашей облпрокуратуре и довести до конца. Коротаева со следствия снять и изолировать от расследования. Это мой приказ! Обо всех мероприятиях и следственных действиях докладывать мне лично...

И, повернувшись к Ештокину, вежливо добавил:

- Я верно понимаю задание Обкома по этому важному расследованию, Афанасий Фёдорович?

- Да-да! Абсолютно верно! - важно закивал Ештокин. - Товарищ Клинов, принимайте Дело и берите это расследование в свои руки. Немедленно!

В зале на несколько секунд возникла умиротворенная пауза. Только ход часов на стене уютно отстукивал каждый миг внезапной тишины. Но всю идиллию этой картины неожиданно разрушил спокойный и чёткий голос Клинова, каждое слово которого казалось боем курантов в кабинете Ештокина:

- Уважаемый Второй секретарь Обкома и уважаемый зампрокурора РСФСР, Свердловская облпрокуратура не может взять теперь это Дело на себя. По крайней мере до моего рапорта товарищу Кириленко.
Лицо Ештокина побагровело от гнева и, вскочив изо стола он, скорее машинально, бросил дежурную в таких случаях тираду: - Это что ещё за выкрутасы, вашу мать? То есть как это не можете?! Вы коммунист и должны исполнять указания Партии!

- А вот и не могу, Афанасий Фёдорович! Не могу! - почти перебивая Ештокина, очень спокойно произнёс Клинов.- Именно Партия в лице Первого секретаря обкома и облпрокуроры, то есть меня, уже неделю докладывает жителям Свердловска о безуспешных поисках пропавших ребят. А теперь нам предлагают взять на себя Дело, начатое ещё аж шестого февраля и по которому все ребята не просто давно найдены, но и убиты!

Бледнея и покрываясь испариной, Ештокин обескураженно грохнулся в своё кресло. Большие градины пота катились по его багровому лбу, как апрельская капель по стволу берёзы. Безысходность ситуации прервал Ураков:

- Разрешите, Афанасий Фёдорович, - спокойно спросил он у Ештокина указывая на телефоны правительственной связи, стоящие у него на столе.

И взяв трубку он чётко доложил:

- Срочно соедините меня с Прокурором СССР товарищем Руденко, с ним хочет поговорить зампрокурора РСФСР Ураков!... Роман Андреевич, добрый день! С Вами говорит Ураков! Я Вам сегодня уже докладывал о сложившейся ситуации в Свердловске. Так вот, Прокурор области Клинов отказывается принимать это Дело... Да, да, конечно, сейчас передам трубку Клинову! - Ураков важно и с надменной улыбкой протянул трубку облпрокурору:

- Николай Иванович, возьмите, пожалуйста, трубку! С Вами хочет побеседовать генпрокурор Союза...

Клинов медленно взял протянутую ему трубку телефона, но не прошло и десяти секунд, как опустил её на аппарат не молвив ни слова. После этого он сел напротив Уракова и довольно бодрым голосом отрапортавал:
- Какие будут указания, товарищ зампрокурора Республики?

Ураков отлично понимал, что областной прокурор в этой игре имеет намного больше шансов на победу. Руденко был последним козырем Москвы, а на свердловской земле этого было недостаточно. У Клинова ещё был козырной туз в лице Первого секретаря обкома Кириленко, обратившись к которому Клинов перевернёт партию в свою пользу. Брать на себя это Дело в том виде, которое оно представляло по сценарию Уракова было нельзя. Да это и сам Ураков теперь прекрасно осознавал. Необходимо было принять копромиссное решение, которое устроило бы всех.

- Николай Иванович, что Вы предлагаете? - очень миролюбиво спросил хитрый Ураков. - Это теперь дело общее и надо найти правильное решение, поймите и Вы нас!

- Я предлагаю, что пропавших туристов надо найти заново... - облпрокурор сказал это настолько спокойно, даже с некоторой ленивостью, что абсолютная неизбежность предложенного варианта не оставила ни у кого вопросов. Только Ештокин молча смотрел на этот диалог, непонимающе и бестолково хлопал своими поросячьими глазами.

Клинов продолжал:

- Пусть Темпалов это и сделает, а наша облпрокуратура подключится на этапе экспертиз и последующих следственных мероприятий. Но найти туристов надо так, что-бы это не вызвало ни малейшего подозрения ни в среде студентов, ни среди родных погибших...

- Хитро придумано! Только как вы предлагаете это сделать? - почёсывая затылок, спросил Ураков.

- Да-да, как? - вновь ничего не понимая, поддакнул Ештокин.

- Я полагаю, Николай Иванович, вы выделите на это Следствие умного следователя? И я хочу знать его фамилию уже сейчас! - отыгрывал ситуацию Ураков, пытаясь любыми способами свалить неудобное дело на Свердловскую облпрокуратуру и Клинова.

- Леонид Иванович, дорогой, а где же я вам найду такого "умного" следователя? Наша прокуратура одна из передовых в Союзе, и следователи у меня такие же. Так любой следователь на месте поймет всё с первого взгляда. Да и не умеют они по другому работать. А потом начнутся экспертизы, работы оперативных групп, судебных медиков - через неделю все причастные будут в курсе произошедшего. А значит через полмесяца об этом будет гудеть весь Свердловск, шило в мешке не утаишь, и даже я не смогу ничего сделать! - возразил Клинов. - Полагаю, что вводить в это Дело новых свидетелей из Следственного отдела моей Прокуратуры ни к чему. Пусть Окишев и ведёт это дело, уж коли он уже влип. Ну, а на помощь ему я дам прокурора-криминалиста Иванова Льва Никитича. Он, хоть и молод, но человек смышлёный, управляемый, язык за зубами держать умеет. К тому же он имеет хорошие отношения со студентами, знает эту среду, ибо в юридическом институте преподаёт криминалистику. А психология в данном Деле - аспект немаловажный.

- Психология - мать Вашу! Нам Ленин эту науку не наставлял! - вырвалась дежурная фраза у красномордого Ештокина.

На него с укоризной посмотрели уже двое - Ураков и Клинов, и последний продолжил:

- Чтобы правильно закрыть это Дело нужно создать максимальную лояльность студентов к Следствию. Привлечь их в этот процесс, дабы потом ни у кого и вопросов не возникло о каких-то махинациях... Я так понимаю, Леонид Иванович. Иванов должен влиться в это дело на полном доверии, как само-собой разумеющееся. А черновую работу пусть делает пока Темпалов, пусть он находит трупы, пишет постановления... Лев Никитич возьмет в свои руки завершение этого Дела как непререкаемый арбитр. И завершит его как следует, я уверен.

- Ну что же, мысли верные! Не зря я Вас считал лучшим облпрокурором Республики - задумчиво ответил Ураков. - Я подумаю над Вашим предложением и в ближайшее время сообщу о своем решении. Спасибо за понимание, товарищ Клинов!
Клинов встал изо стола, пожал протянутую руку Уракову, и очень вежливо добавил:

- Но сами понимаете, Леонид Иванович, все должно быть на приемлемом уровне. Если криминальный след будет слишком ярким, я не смогу прикрыть такое Дело, и Иванов не сможет. Постарайтесь, пожалуйста, все сделать на должном уровне.

- Мы Вас больше не задерживаем! - опять по-приказному рявкнул Ураков. И через небольшую паузу, уже в след уходящему облрокурору, смягченным голосом добавил. - Будьте у себя, Николай Иванович, я к вам через час заеду. Клинов одобрительно кивнул и уверенным шагом вышел в приёмную. Только мало чего понимающий Ештокин продолжал озадаченно хлопать глазами, нервно утирая пот со своего большого лба...

20.02.1959. Проходная Верх-Исетского металлургического завода. 7 ч. 45 мин.

По тротуару к проходной завода бодрой походкой шёл высокий худой человек, лет сорока, в модной широкополой серой шляпе и дорогом каракулевом пальто. Стильные очки с металлической оправой и тонкие линии лица выдавали манерность интеллигентного человека. Это был парторг завода, мастер спорта СССР по туризму и Первый турист Свердловской области Евгений Поликарпович Масленников.

Изображение
Парторг Верх-Исетского завода, руководитель Туркружка УПИ и начальник Штаба поиска туристов группы Дятлова Евгений Поликарпович Масленников

Когда за двести метров от проходной рядом с ним остановился черный автомобиль ГАЗ М-21 "Волга", Масленников протяжно зевнул и машинально протянул ладонь к открытому рту...

Из автомобиля вышел галантный молодой человек лет тридцати, улыбнулся и очень вежливым тихим голосом сказал:

- Евгений Поликарпович, доброе утро!

Масленников повернул голову, и перед его глазами из наполовину расстегнутого серого пальто незнакомца сверкнула красная корочка удостоверения. Этой корочки боялись все жители великой Страны Советов, всегда и везде, ещё со времен "СМЕРШ-а". Золотыми буквами на красно-пурпурном фоне виднелись три лаконичные, но очень грозные буковки: "КГБ", под которыми очень стильно расположился колосящийся герб СССР.

- Пожалуйста, присаживайтесь в машину. Уважаемый Евгений Поликарпович, нам надо задать вам несколько вопросов.

Обескураженный Евгений Поликаропович, не молвив ни слова, проследовал на заднее сидение распахнутого автомобиля, на переднем и заднем сидениях которого уже находилось двое ничем не примечательных людей в серых пальто. Человек, вежливо пригласивший Масленникова в машину, элегантно сел рядом и не спеша захлопнул дверь.

- Поехали! - приказным тоном молвил незнакомец шофёру. И, с сияющей улыбкой повернувшись к Евгению Полкикарповичу, крайне вежливо доложил: - Капитан Госбезопасности Проходченко Степан Матвеевич. У нас к вам несколько вопросов, проследуйте вместе с нами на Вайнера, 4.

- А-а-а, как же работа?! Партактив же сегодня! - пытаясь скрыть крайнее волнение, возразил Масленников.

- Не переживайте, на вашей работе уже предупреждены, что Вы слегка приболели! - тоном, не требующим возражения, ответил улыбчивый капитан в сером пальто.

В кабинете Управления КГБ по Свердловской области на ул. Вайнера, дом 4, куда привели Масленникова, на столе уютно горела лампа с зелёным абажуром. Из-за стола бодро встал лысоватый человек лет пятидесяти в чёрном прокурорском мундире с красивыми петлицами. Вежливо отодвинув стул перед Масленниковым, он четко, без малейшей паузы на возражения представился:

- Товарищ Масленников, здравствуйте! Зампрокурора РСФСР Ураков Леонид Иванович!

- Здравствуйте! - осторожно и испуганно процедил Масленников

- Вы отправляли группу туристов УПИ во главе с Дятловым в поход? - грозно спросил Ураков, даже не предложив гостю присесть. - Группа погибла, и у меня есть все основания обвинить в этом именно вас! - одной фразой пригвоздил Ураков Масленникова.

- Но... Позвольте, я только начальник турклуба при УПИ и... - немного потеряв самообладание, молвил Евгений Поликарпович. А потом тихо медленно добавил: - Вы сказали: ПОГИБЛА?

- А вы как полагаете, - удивился Ураков, - сколько может выжить неподготовленная к походу группа после окончания рассчитанных Вами сроков? Ну день, ну два... Прошло десять дней, а Вы и в ус не дуете. Угробили Вы ребят...

- Нет-нет, товарищ Ураков, - запротестовал Масленников, срываясь на фальцет, - я звонил в профком, я спрашивал, я узнавал... Мне говорили об организации поисков... Товарищ Ураков...

- Гражданин Ураков! - как отрезал прокурор. - И вам, гражданин Масленников, придётся отвечать за смерть девяти человек по всей строгости Советских Законов!
Ураков вернулся на свое место и повернув зелёный купол лампы, чтобы она слепила глаза допрашиваемому, бросил на стол перед Евгением Поликарповичем зеленоватую раскрытую брошюрку.

- Садитесь! Это ваша подпись? - гневно спросил прокурор.

- М-о-я... - нервно протянул Масленников, садясь на стул, как на плаху. - Но, турпоход был полностью проверен комиссией и не мог представлять никакой опасности для подготовленных туристов.

Евгений Поликарпович взял трясущимися руками маршрутную книжку и тихо прошептал:

- Это же экземпляр Игоря, откуда он у вас?

- Здесь вопросы задаю я, гражданин Масленников!!! - пронзительно выстрелил прокурор, - Вы отправили группу по Полярному Уралу на шестнадцать дней! Это же 300 километров! А сколько спальных мешков полагается при таких походах? Сколько вы выдали отправленным туристам?

- Так, а где я их возьму, я просил профком выдать... - невнятно бормотал Масленников...

- Ни одного! - отрезал зампрокурора. - А вы в курсе, гражданин, что при ночных температурах ниже минус 10 градусов полагается по два спальных мешка?!

- Но, они вроде взяли одеяла - невнятно бормотал Евгений Поликарпович.

- А сколько штатных военных печек вы выдали на девять человек? Сколько зимних палаток? - Ураков, звонко чеканил обвинительные фразы, и удовлетворённо смотрел прямо в глаза обвиняемому.

- Но, но... Там не Полярный Урал! Я сам ходил в этом районе без тёплых палаток... К тому же Игорь говорил, что у него есть своя печка!.. - безнадёжно оправдывался Масленников...

- Ни одной! - резко рубанул прокурор. - И вы, гражданин Масленников, уверяете меня в своей непричастности к гибели группы? Вы в курсе, как бурлит Свердловск? Родители не знают, что с их детьми! Они просят покарать виновного!!! А вы спокойно говорите мне о своей непричастности? Да я прямо сейчас закрою вас и объявлю главным подозреваемым. А завтра отправлю под суд. И все в городе успокоятся сразу! Устраивает вас такая перспектива?

- Но, как же... там же комиссия была... - подавленно шептал себе под нос "лучший турист города Свердловска".

- Комиссия уже все подтвердила, гражданин Масленников! У меня есть показания Уфимцева и Гордо, - затряс какими-то бумагами Ураков, - что они возражали вам и говорили о неготовности группы Дятлова к этому походу! Так вы будете говорить, или мне позвать конвойного? За смерть девятерых молодых ребят расстрел полагается! - безжалостно вбил последний гвоздь важно сидящий за слепящей лампой Ураков.

- Как расстрел? - трясущийся Масленников поднял на Уракова глаза, молящие о пощаде.

- А вы чего ожидали, гражданин Масленников? Бесплатную путёвку в Кисловодск? - ехидно парировал Ураков.

- Что вы от меня хотите??? - крайне подавленным голосом прошептал Масленников, явственно ощутивший могильный холодок расстрельной стенки и запах сырого кирпича. Евгения Поликарповича теперь было не узнать, от былого величия парторга не осталось и следа: на худом и бледном лице под очками "бегали" испуганные глаза, его рост как будто укоротился, ибо Масленников как черепаха всё глубже и глубже вжимался в "панцирь" своего каракулевого пальто. Наступило секундное молчание, которое Евгению Поликарповичу показалось вечностью.

- Лично я хочу помочь вам и Вашим близким выйти из этой сложнейшей ситуации. Но, конечно же, если вы не против и готовы к сотрудничеству! - разрежая обстановку, почти по-родственному заговорил Ураков.

- Я готов! - ожил Масленников, - я готов! Что от меня требуется?

Ураков важно швырнул на стол пустой бланк и подвинул чернильницу с пером.

- Что это? - удивлённо спросил Масленников.

- Это, гражданин Масленников, соглашение о сотрудничестве. Сами должны понимать, что "ЭТО" такое! - повелительным тоном ответил Ураков.

Масленников дрожащей рукой взял перо и, почти не читая, быстро царапнул свою подпись. Ураков взял подписанный документ, быстро пробежался глазами по тексту и медленно положил в лежащую на столе папку.

- Ну и замечательно, Евгений Поликарпович! - очень вежливо сказал Ураков, - Вы, как коммунист, должны понимать, что это Дело государственной важности!

- Я-я понимаю, гражданин Ураков... - затараторил Масленников.

- Можно просто, Леонид Иванович! - очень вежливо произнес Ураков, впервые улыбнувшись. - Евгений Поликарпович, наша задача сейчас - сделать так, чтобы гибель туристов оказалась несчастным случаем. Ну, чтобы не будоражить общество, близких! Чтобы снять все опасные инсинуации по этому делу и ПРАВИЛЬНО закрыть этот вопрос... Вы понимаете, о чём я вам сейчас говорю? - с "доброй" прокурорской улыбкой продолжал Ураков.

- Да-да... - с нескрываемым волнением ответил Масленников.

- Если понимаете, то слушайте... - продолжил зампрокурора РСФСР. - Вы назначаетесь руководителем поисков группы Дятлова и завтра вылетаете в Ивдель для организации штаба этих самых поисков. Поиски должны быть проведены силами студентов УПИ и туристов Вашего туркружка. Вы готовы?

- Я готов! - выпалил приободрившийся Евгений Поликарпович.

- Тогда смотрите сюда. Вот карта маршрута Дятлова, согласно подписанного Вами маршрутного листа. - Ураков развернул большую армейскую карту, где уже с педантичной военной точностью был нанесён маршрут туристов, а также стояли некие крестики и непонятные символы. Но главное, что сразу бросалось в глаза - это заштрихованный район горы Отортен, особенно его западный склон, близ рек Вишера и Унья. Указав на эту область карты карандашом, Ураков громко приказал:

- В эти районы отправлять поисковые группы студентов нельзя, туда Вы назначите группу капитана Чернышова из Ивдельлага! А вот разместить место обнаружения группы Дятлова на карте Вы должны прямо сейчас, учитывая Ваш большой опыт по туризму. Но его надо так разместить, чтобы в заштрихованные районы не попала ни одна группа поисковиков, и не возникло даже желания там искать погибших! - как отрезал сказал товарищ Ураков.

Евгений Поликарпович внимательно посмотрел на карту и почти мгновенно доложил:

- Ну, тут только один вариант: Вот здесь! - Масленников уверенно ткнул карандашом на едва заметную точку на карте с цифрами 1079.

- Почему именно здесь? - поинтересовался зампрокурора Республики.

- Потому что только тут есть перевал, обойти который нельзя. После него путь на Отортен открыт и есть множество троп. Если здесь мы поиски не закончим, то не пустить многочисленные группы в сторону Отортена и дальше по маршруту мне будет почти невозможно! А ДО этого перевала путь по сути только один, вдоль Ауспии - чётко доложил Масленников, что очень понравилось Уракову.

- Хорошо, я понял Вас. Значится здесь и организуем обнаружение трупов. Очень верное разъяснение - сразу видно - наш человек: коммунист и опытный турист! Не зря мне Вас рекомендовали! - улыбнулся Ураков. - Хотите горячего чаю? - и, не дожидаясь ответа, подошел к камоду и включил кипятильник. В симпатичном чайничке по-домашнему уютно зашумела нагревающаяся вода...

- Леонид Иванович, а закладку с Отортена уже сняли? - осторожно прервал умиротворенную паузу пришедший в себя Масленников.

- Какую такую закладку с Отортена? - удивленно произнес товарищ Ураков, поворачиваясь от камода.

- Так... Там туристы должны были обязательную закладку оставить, на Отортене.... Понимаете, есть такая туристическая традиция, на ключевых точках закладки оставлять, записки следующим тургруппам, что мы, мол, тут были! По Плану Дятлова Закладка на Отортене должна была быть обязательно! Это как доказательство того, что группа прошла положенный маршрут - уточнил Масленников.

- Мда.., Евгений Поликарпович, об этом я и не знал!.. Спасибо! Конечно, никакой закладки мы пока не нашли, но вы правы, - это очень серьезно... А кто может снять эту закладку? Военные, или милиция сможет найти? - с хитрым ленинским прищуром осведомился товарищ Ураков.

- Так в том то и дело, что найти закладку зимой на такой горе, как Отортен, смогут только очень опытные туристы с альпинистскими навыками. Ну я смогу, и еще несколько человек из нашей турсекции. Понимаете, Леонид Иванович, там очень сложный и обширный район, рельеф ещё тот, останцы, карнизы, курумники. Обычные поисковики не найдут, а тем более военные... Представляете, если потом эту закладку отыщут. Ну, какие-нибудь туристы, лесники или геологи... А мы ДО Отортена трупы обнаружили!.. - уже во всю втянувшись в "игру" распылялся Масленников.

- Да-да, Евгений Поликарпович, это очень важно! А мы-то об этом с товарищами и не подумали. Какие будут ваши предложения? - озабоченно спросил Ураков.

- Туда надо отправить опытных туристов, знающих привычки Дятлова и район Отортен! - заключил Евгений Поликарпович.

- Так-так! - Ураков нервно заходил по кабинету. Остановившись у своего стола, он выдвинул верхнюю полку. Достав оттуда папку и пролистав несколько страниц, он положил перед Масленниковым лист бумаги с отпечатанным на машинке текстом:

- Вот список тех туристов Свердловска, которым мы можем доверить это дело. Это наши внештатные сотрудники по линии КГБ. Выберите, пожалуйста тех, кто справится.
Масленников внимательно пробежал глазами список из двух десятков фамилий, и вскоре доложил:

- Вот эти: Аксельрод и Согрин. Другие не справятся с этой задачей...

- Так, но Аксельрод уже давно не студент... Согрин тоже старшекурсник... - возразил Ураков. - Нужен ещё кто-то из молодых, для правдоподобности и отвода глаз. Вот, например, Типикин! И фамилия подходящая - простая! Пусть третьим будет Типикин, для массовки. А рядом для надёжности я попрошу поставить ещё двух наших людей - "радистов", так сказать. Специальный альпинистский инвентарь Ваши поисковики закладки получат на складе Управления КГБ области. Ну что же, Евгений Поликарпович, - в завершении разговора сказал Ураков, - удачной дороги до Ивделя! Сейчас Вас ещё проконсультируют товарищи из Госбезопасности и в добрый Путь! И помните, на месте поисков у Ввас будут своими только те люди, которых Вам сейчас обозначит КГБ. Никому другому о реальных задачах этих "Поисков" говорить нельзя! Как Вы уже догадались, и о нашей с Вами тут беседе тоже. Я очень надеюсь, Евгений Поликарпович, что мы хорошо поняли друг друга!!! Связь с перевала держать только через нашего радиста, товарища Неволина, он будет шифровать сообщения. Ну, Вам сейчас все растолкуют. Да, ещё! Вывести группу спасателей на перевал Вы должны не ранее 25-го февраля, иначе мы просто не успеем всё подготовить... Ссылайтесь на нелётную погоду, на что хотите, или отправляйте группы на соседние сопки... Ранее 25 февраля группы в указанный Пункт не выводить!

- Я все понял, товарищ Ураков! - услужливо сказал Масленников.

Ураков резко остановился и повернулся к Евгению Поликарповичу:

- Вот еще что, товарищ Масленников. Найти вы должны только пять трупов. Запомните, только пять! После этого Ваше пребывание там заканчивается, а вместе с ним и озвученное выше государственное Задание. Вы меня услышали, товарищ Масленников?

- Да, я все понял! - пробормотал Евгений Поликарпович. - А как же другие трупы?

- А о других трупах позаботятся другие товарищи, пришедшие вам на смену - чуть повысив тон, ответил прокурор.

- Я всё понял!

- Тогда удачи, товарищ Масленников! Не подведите меня! - высокомерно бросил Ураков.
-
Я не подведу, товарищ Ураков, не подведу! Но... - Масленников впервые поднял голову и пристально посмотрел прямо в глаза Уракову, - Как вы потом прикроете меня по этому Делу? - поинтересовался Масленников.

- Не переживайте, товарищ Масленников! При вынесении Постановления о закрытии Следствия поход будет назван "самодеятельным", а все маршрутные книжки с вашими подписями из Дела изымут. Это я вам обещаю лично! Никаких маршрутных книжек Вы не подписывали! Дикий самодеятельнный поход, вот и результат... Я Гордо с Уфимцевым предупрежу и они все подтвердят.

- Спасибо, Леонид Иванович! Спасибо! Всего вам хорошего! - почти пропел оживившийся Масленников, и по-лакейски попятился спиной к двери.

- Всего хорошего, товарищ Масленников! И помните, только пять трупов, потом проситесь обратно! - повелительно ответил Ураков, даже не глядя на своего сломленного собеседника и осторожно наливая в стакан чай, который "первый турист Свердловска" так и не отведал...

Свердловск. 22.02.1959

После звонка Владимира Ивановича Коротаева, а в то время просто Володи, младшего юриста и следователя Ивдельской прокуратуры, в Свердловск с нехорошими новостями о пропавшей в горах Северного Урала группе туристов-лыжников под руководством Игоря Дятлова, в жизни юного юриста произошли разительные перемены.

Изображение
В.И. Коротаев, в 1959 г. младший юрист, следователь Ивдельской прокуратуры

Чудом проскочив через цепкие "когти" чекистов в аэропорту, Коротаев выбрался из далёкого сонного и хмельного Ивделя и оказался в суетливом Свердловске. После дремучих ивдельских лесов и бескрайней снежной равнины поначалу здесь всё было непривычно: и толпы вечно куда-то спешащих горожан, и вереницы машин на улицах, и перезвоны тут и там снующих трамваев, и витрины заваленных товарами магазинов, и то внимание, которое проявили к нему первые лица Свердловского Обкома КПСС и Облпрокуратуры. Но внимание это было вполне заслуженным.

В начале своего профессионального пути В.И. Коротаев не пошёл на сделку с совестью, а поступил честно. Оказавшись в сложной профессиональной ситуации как следователь, Коротаев в короткие сроки сумел досконально разобраться в гибели туристов, а помогли ему в этом внимательность к мелочам, аналитический ум, железная логика, смекалка и, конечно, немного везения. Но это означало только одно - профессию свою Владимир Иванович выбрал правильно, по призванию.

И вот, покинув Ивдель, В.И. Коротаев уже не первые сутки был окружён вниманием заместителя начальника Следственного отдела Прокуратуры Свердловской области Е.Ф. Окишева, а потом и самого Прокурора области советника юстиции III класса Н.И. Клинова.

Изображение
Н.И. Клинов, в 1959 г. советник юстиции III класса, прокурор Свердловской области

Но это были не все сюрпризы, которые приготовила судьба для Володи Коротаева. После богатого и вкусного обеда в столовой Облпрокуратуры, благоухающей чистотой, крахмальными скатертями и салфетками, в которой трудились приторно-вежливые официантки, Коротаева на новёхонькой чёрной 21-й "Волге" в сопровождении Н.И. Клинова везли... Страшно сказать куда! Его везли в Свердловский Областной Комитет КПСС на встречу с могущественным Андреем Павловичем Кириленко, хозяином богатейшего уральского края, от одного упоминания фамилии которого у многих ответственных работников холодел жировой загривок и душа уходила в пятки.

Автомобиль ловко подрулил к богато оформленному зданию Свердловского Обкома КПСС. Коротаев и Клинов в мгновении ока оказались в просторной приёмной, стены которой были отделаны лакированными деревянными панелями, а пол богато оформлен наборным паркетом. Владимир Коротаев не верил своим глазам и созерцал неожиданно окружившую его роскошь.

Тем временем Клинов дежурно поздоровался с секретаршей, имевшей строгую выправку и непробиваемое каменное лицо сотрудницы 2-го отдела.

- Здравствуйте, Варвара Степановна! - ласково сказал Клинов, - мы к Андрею Павловичу, нам назначено.

- Здравствуйте, товарищ Клинов! - с дежурным холодком в голосе отрапортовала референтша, - Андрей Павлович сейчас занят, но я предупрежу его! Ожидайте!

Взяв красную папку с золотыми буквами "На подпись", секретарша мягко "проплыла" в кабинет Кириленко.

Перед Днём Красной Армии в приёмной Кириленко было очень людно. Неожиданное появление Клинова и Коротаева вызвало нездоровое шушуканье с нотками откровенного недовольства в среде ожидающих уже не один час приёма по очереди. Один лишь испепеляющий взгляд, мельком брошенный Прокурором Свердловской области Клиновым в сторону очереди, мгновенно перекрыл все недомолвки и шушуканья.

Из кабинета Кириленко важно появилась референтша и, повернувшись к Клинову и Коротаеву, мягко сказала:

- Николай Иванович, Первый секретарь обкома ждёт вас!

- Разрешите войти? - расшаркался Клинов в дверях, - уважаемый Андрей Павлович, мы явились по Вашей просьбе!

- А-а-а-а, товарищ Клинов! Николай Иванович! Ну, заходьте-заходьте! - послышался южно-русский или даже воронежский говорок.
Кабинет Кириленко даже привыкшему к уральскому природному простору Коротаеву показался бесконечным. Большая зала была отделана богато. Крупные окна украшали массивные гардины, на полу красовался гигантский мягкий красный ковёр с восточными мотивами. Справа на постаменте, покрытым кумачом стоял большой бюст В.И. Ленина, который своим знаменитым прищуром как бы говорил Володе: - Молодец, батенька! Вытащили Вы, товарищ, счастливый билетик!

Стены кабинета украшали картины в золотых рамках. Под высоким потолком венчали кабинет несколько крупных хрустальных люстр. В центре зала, ближе к торцевой стене стоял массивный Т-образный стол с резными каменными ножками и дубовой столешницей, покрытой зелёным сукном.

Под большим портретом Н.С. Хрущёва, за исполинским малахитовым чернильным прибором и пресс-папье на стуле, напоминающим трон, восседал Он - 1-й секретарь Свердловского Обкома КПСС, "владыка" Урала - Андрей Павлович Кириленко. Крупный мужчина с хитрым взглядом, в дорогущем синем костюме, пошитом в одном из рижских спец-ателье, встал изо стола и по-царски важно подошёл к гостям.

Изображение
А.П. Кириленко, в 1959 г. 1-й секретарь Свердловского Обкома КПСС

- Ну, здравствуйте, товарищ Клинов! - протянул Кириленко руку Клинову.

- Здравствуйте, дорогой Андрей Павлович! - в полупоклоне подобострастно подал руку облпрокурор.

- Он? - спросил Кириленко у Клинова, мотнув головой в сторону Коротаева.

- Да, Андрей Павлович, это он! - решительно ответил Клинов и слегка подтолкнул локтем немного растерявшегося Володю.

- Здравствуйте, Андрей Павлович! Следователь городской прокуратуры города Ивделя Коротаев! - громко отрапортовал Владимир.

- Ну, здравствуй "сынкУ"! Здравствуй герой! - протянул руку Кириленко.

Поздоровавшись с Коротаевым, Кириленко театрально сделал шаг назад и, наклоняя голову, то влево, то вправо, стал рассматривать Коротаева. Привыкший ко ВСЕМУ Клинов стоял и улыбался, а Коротаев от подобных "смотрин" жутко покраснел.

- Сидайте туточки, гости дороХие! - сказал Кириленко, чтобы разрядить обстановку и рукой пригласил к столу. Всё сели за вертикальную "ножку" Т-образного дубового стола: Клинов и Коротаев по одну сторону, а Кириленко - по другую.

- Владимир! Володя! - начал Кириленко, - благодарю Тебя от лица Обкома за проявленную отвагу. Ты - молодец, Усё сделал верно. Но теперь, исключительно в целях твоей же безопасности, обо всём, шо знаешь - забудь! Дай нам, мне слово комсомольца, шо никому больше об этом не расскажешь. Ни-ко-му!

- Да, товарищи, я даю слово! - затрещал Коротаев, - я жить хочу! Я только товарищу Окишеву, всё рассказал...

Кириленко бросил непонимающий взгляд на Клинова, дёрнув головой вверх:

- Мол, кто этот Окишев?

- Это замначальника следственного отдела прокуратуры, мой человек! - быстро вставил Клинов.

- Всё рассказал как полагается! - продолжал Коротаев. Дорогой Андрей Павлович, я прикрывать убийство девяти туристов не могу!

- Володя, шо и вправду убийство? - грозно уточнил Кириленко.

- Андрей Павлович, у меня и свидетели есть. И лесник Кузнецов, и манси, - Коротаев от волнения встал со своего стула, - Пётр Бахтияров... Убили туристов, дорогие товарищи! На западной стороне хребта Уральских гор это случилось. Есть небезосновательные подозрение, что это дело рук военизированной охраны Ивдельага! Тела все в крови, в синяках!.. Вас хотели вокруг пальца обвести, чтобы я им это Дело по их сценарию прикрыл. Но не могу я убийство прикрывать! Я же не дурак, что я замерзшего человека от убитого не отличу?

- Педе..асты! - шваркнул кулаком по столу разъярённый Кириленко, - они мне ещё руки будут распускать в отношении детей наших партработников! Ну, я им устрою кузькину мать!
Клинов и Коротаев переглянулись и притихли.

- Ну, знаешь шо, Володя, - немного остыв продолжил Кириленко, - мы теперь за Тебя несём ответственность. Сам понимаешь, какие силы вовлечены в это Дело. Шобы не помрэ от неведомой хвори, ни с кем не болтай об этом! Таперича мы будем контролировать этот вопрос и никого не бойся. Ни Темпалова, ни Уракова, ни РуденкУ! Ни-ко-го!!! Ты понял меня, Володя? Они, б..ь, забыли что здесь не Москва, а Свердловск! Я за наших невинно убиенных хлопцев и дЫвчин на ЦК пойду, к самому Никите! Так, шо Володя не переживай, усё будЯ добрЭ! В разговор встрял облпрокурор и очень дал четкие наставления:

- Дело вскоре у тебя заберёт другой следователь, наш, свердловский! А пока вот тебе ответственное задание. Возвращайся в Ивдель и на правах исполняющего обязанности следователя осторожно слетай в тот район, где погибли ребята. Ты понял? Ничего не бойся, там тебя один генеральский вертолёт будет ждать, Горлаченко его выделил специально для тебя!

Вождь Свердловской области самодовольно улыбнулся и важно добавил:

- По моей, понимаешь, настоятельной просьбе выделил! Вот и пошустри там, полазай... Мне ФАКТЫ нужны по этому московскому преступлению! Усекаешь - факты! Завтра Москва руки умоет и всё! А я ещё поквитаться с этими подонками хочу, может, самому Шелепину за наших хлопцев башку-то потом оторву.

- Там же ещё и Комитет за Вашей спиной, Андрей Павлович, свои дела "обтяпывал"! - обратился Клинов к Кириленко.

- Да, обсуждали уже это! Ох, уж эти комитетчики, ядрёна Матрёна! Солдафоны, твою дивизию! - разошёлся Кириленко, - Володя, дорогой, вот на них и постарайся там нарыть мне материалец! Шо они там намутили за нашей спиной! Вот так надо, позарез!

Кириленко провёл по толстой короткой шее и третьему подбородку большим пальцем правой руки. Важно пройдясь по бескрайнему кабинету, Вождь Свердловска подошел к оторопевшему Коротаеву и тихим голосом добавил:

- Мы придадим Тебе в поддержку проверенного товарища - журналиста Юру Ярового. Он и фотохрафировать умеет профессионально, и запишет усё, Шо нужно. Ему материалы и передашь. Он нам в Свердловск их доставит. Если надо будет, он такую статью напишет, что ни одной сволочи из Комитета мало не покажется. Времена Лаврентия закончились! Поэтому Володя ничего не бойся, а со временем мы Тебя к себе в Свердловск заберём...

- И главное! - очень вдумчиво добавил облпрокурор, - там все твои материалы, надо понимать, комитетские с Ураковым уже изъяли... Надо на том вертолёте все юрты манси облететь и заново собрать их показания...

- Да-да, обязательно! - громко рявкнул Кириленко, обрывая на полуслове Клинова. - Это очень Важно!!! Малые народы вырезать они вздумали, пытать-издеваться... Паскуды, я им всем, як курям, бошки-то поотрываю! Володя, и начнешь с показаний Курикова, ты , наверное, бачил его юрту во дворе Обкома. Это я разрешил, не любит он, понимаешь, жить в нормальных домах, стен боится... Он тебе первый даст нужные показания! А там такие показания, шо даже у меня волосы дыбом встали от услышанного. Фашисты, твою мать!.. Он теперича у нас, как и ты - главный разведчик с той стороны фронта. Мать Вашу, дожили! В родной области как на войне стало! И всё документируй, Володя, мы им новый Нюрнберг скоро устроим! Уразумел?

- Я все понял, Андрей Павлович! Все исполню! Рад стараться, товарищи! - расшаркался растроганный Коротаев.
Все встали изо стола и подошли к двери.- Ну, лети с бохом! - по отечески молвил Кириленко и крепко обнял Коротаева. - А Клинов подскажет, какой вертолёт Тебя с Яровым подберёт. Но помни - обо всём, шо узнал нового, рассказывать только нам! А теперь идите, мне еще госкомиссию с Уралвагонзавода принять надоть.

- До свидания, Андрей Павлович! - сказал Клинов.

- До свидания! - сказал Коротаев.

- Будьте здоровы, хлопчики! - по-отечески бросил в след уходящим Кириленко.

27.02.1959, г. Свердловск, Ул. Малышева, 2а, Прокуратура Свердловской области. 14:00.

- Да, слушаю! - сняв трубку телефона начальственно ответил советник юстиции III класса Прокурор Свердловской области Николай Иванович Клинов.

- Николай Иванович, к Вам прокурор-криминалист Иванов из Следственного отдела! - быстро защебетала секретарша поставленным голосом.

- Проси! - отваливаясь на спинку кресла ответил Клинов и положил трубку телефона на рычаг.

В дверь кабинета вкрадчиво постучали.

- Вызывали, Николай Иванович?! - аккуратно спросил маленький, щуплый человек в мешковатом чёрном мундире с петлицами младшего советника юстиции и лицом школьного учителя. Круглые очки в роговой оправе делали этот образ простоватым, наивным и даже дурашливым. Это была очень удобная "скорлупа" для её умного, прозорливого и хитрого владельца.

Изображение
Прокурор-криминалист Свердловской облпрокуратуры, младший советник юстиции Л.Н. Иванов

- Аааа, Лев Никитич, заходите-заходите! Вызывал! - повелительным тоном сказал Клинов, - присаживайтесь! Не буду ходить вокруг, да около, - громко начал Прокурор области Клинов, - знаете, что в горах пропали наши свердловские туристы-лыжники?

- Да, они из Политеха! - подметил Иванов.

- Ну, большинство туристов оттуда! - уточнил Клинов, - не суть! Сегодня туристов нашли...- Да ну? - не скрывая удивления протянул Иванов.- Так точно, нашли. Хотим поручить Вам, Лев Никитич, расследование этого дела! - продолжил Николай Иванович. - Так Дело об их пропаже уже открыто 12-го числа, наш Следственный отдел им и занимается! - удивился прокурор-криминалист.
Клинов встал изо стола, прошёлся взад-вперёд по кабинету, осторожно подошел к столу и медленно налил воду из графина в малахитовую чашку.- Лев Никитич, найти-то их нашли, только вот... - продолжил Клинов,
- погибли они! Обнаружены с различными телесными повреждениями.

- Как с повреждениями? Эксперты уже выезжали на место? - осведомился Иванов.

- Понимаете, Лев Никитич, какая штука! Ребята зашли в зону испытательного пролёта ракетной техники, а "изделие" то недалеко от них и упало. Они его, конечно, сфотографировали со всех ракурсов, а это же гостайна! В общем туристов этих обнаружили, доложили в Комитет, сами понимаете какой. Те дали указание задержать. Короче, машина заработала... Поручили задержание лагерному ВОХРу... А туристы хотели рекорд выносливости поставить, к Съезду Партии его приурочили, и прерывать свой поход они совсем не планировали. Все молодые, горячие! То, да сё... Короче, они были обречены! - доложил Клинов, очень резко оборвав свой рассказ.

- Ну и ну! "Хорошо" в поход сходили, ничего не скажешь! - подытожил Иванов, почувствовав, что его ожидает какое-то очень неприятного задания от прокурора.

- Тут ещё штука какая! - продолжил Клинов, - прыть в расследовании проявил ивдельский прокурор Темпалов, чтоб его!

- Кто-кто?! - иронично отозвался Лев Никитич, - чтоб Темпалов сам Дело возбудил? Я вас умоляю... У него ж отказники сплошняком идут!

- Ну, этот ивдельский супчик не сам! - ответил Клинов, - "звон" о событиях у нас бы-ы-ы-ыстро до самой Москвы долетел. Объект то упавший у Отортена государственного значения был, о нём сам Хрущёв на Съезде хотел доложить. Ну и завертелась карусель: ЦК, КГБ, Генпрокурор, всех на уши поставили... Короче, к нам инкогнито прислали самого Уракова, слышали, наверное, такую фамилию, и вот под началом Уракова этот Темпалов там у себя и шурудил.

- Ай да Вася! Ай да сукин сын! - заискивающе отозвался Иванов.

- Хотя, формально-то всё гладко, ему же зампрокурора РСФСР приказал. Но всё-равно, не очень порядочно через мою голову-то скакать!

- А Вы как узнали о произошедшем? Неужели сам Ураков решил поделиться с вами славой? - уточнил Иванов.

- О-о-о-о, то отдельная "песня"! - процедил прокурор Клинов, - ивдельский следак Володя Коротаев, почуял неладное и Евгению Фёдоровичу позвонил. Окишев, молодец, сразу мне напрямую доложил. Я как узнал, у меня аж спина взмокла... Ураков об утечке сразу пронюхал, ну и меня в Обком к Ештокину вызвали.

- Завертелось дельце! - печально оценил ситуацию Иванов.

- Так там ещё по указке Проданова из Ивдельского Горкома на манси дело хотели повесить, ну и перегнули палку. Да так перегнули, что местный депутат и коммунист, манси Куриков, на лыжах до Свердловска дошёл, к самому Кириленко, жаловаться... Говорят, явился весь грязный, пахучий, но приняли, выслушали и сделали выводы! Не нужно и говорить, что Андрей Палыч был вне себя! Шутка ли, такая хрень у Кириленко под носом творится, туристов кокают, и не простых туристов, а детей важных свердловских партработников. Так ещё малые народы Урала "вырезают" под корень, московские прокуроры по области разъезжают, самоуправством занимаются. А там ещё под Ивделем Авария "изделия" эта, где Ермаш с Продановым по уши завязли с эвакуацией обломков. Родители пропавших туристов по десять раз на дню звонят-спрашивают... Их понять конечно можно, но ведь и Андрей Павлович тоже не железный. От рассказов Клинова Иванов насупился, ожидая получение очень нехорошего задания.

- Лев Никитич, - продолжил Клинов, - я так всё вам подробно изложил, как своему помощнику, чтобы Вы помогли Партии, Обкому и включились в это Дело! Ребятам, конечно, уже не поможешь, но чтобы успокоить родителей и снять ненужный ажиотаж в городе, Андрей Палыч очень просил провести это Дело как несчастный случай. Ну, вы понимаете? Зима. Поход. Горы. Лютый холод. Не рассчитали силы и замёрзли! Просто и естественно!

- Николай Иванович, а как же я следствие-то возьму? Вы Темпалова отстраняете приказом? Тогда мне нужен этот приказ и Постановление о моём назначении. А повод какой для отвода Темпалова? Мне теперь и Уракова указки придётся выполнять? А если они руки умоют и на меня все эти трупы повесят? - испуганно сверкнул стёклами очков Лев Иванов, внешне на льва совсем непохожий.

- Да не переживай ты так, Лёва! В том то и дело, что по договорённости с Ураковым, а там и свыше от Кириленко указка была, мы, то есть Вы, вступаете в должность Следователя только после обнаружения всех трупов Темпаловым. До этого момента все свои грешки он пусть "отрабатывает" сам в качестве следователя-прокурора от своей Ивдельской прокуратуры. Вам всего-то нужно его контролировать в качестве наставника и фиксировать все важные улики для Андрея Павловича. Всё! А потом пишите дежурное Постановление о завершении Следствия, мол трупы мёрзлые, без криминала... И можно Дело закрывать, с формулировочкой, мол на основании отсутствия признаков насилия и криминала, учитывая результаты экспертиз и допросов свидетелей... Делов-то, товарищ Иванов? А потом отпуск в Гагры и на повышение! Был бы я помоложе, взялся бы за такое адаптированное Дело не раздумывая! - при этих словах Клинов подошёл к Иванову, похлопал его по плечу и так широко, по родственному улыбнулся, что осмелевший Иванов очень бодро подмахнул:

- Я согласен!
- Лев Никитич, у нас к вам будет ещё одно маленькое, но весьма ответственное задание! - сказал Прокурор области, довольно усаживаясь на своё место.

- Я весь внимания! - как кошка готовая к прыжку, напрягся Иванов.

- Погибшие туристы были фотолюбителями, ну и наснимали лишнего: и пролёт "изделия", и его падение, и место аварии на Отортене! Фотоаппараты с плёнками изъяли товарищи из Комитета. Они там сами поколдовали и сделали, так сказать "ассорти-нарезку" из снимков, убрав опасные.

Клинов достал из полки стола пухлый конверт и протянул Иванову:

- Это плёнки, Лев Никитич!

- Зачем это мне? Какова цель? - удивился Иванов.

- Ну, по городу и области уже слухи-то ползают, что власти бездействуют, значит к гибели ребят причастны. Мол, даже на севере экспедицию нашли, а у себя под боком туристов каких-то и разыскать не могут. В очередях, да на улицах люди только и трёкают языками, что власти что-то скрывают, не договаривают! А здесь мы покажем работу и гласность: мол, трудимся в поте лица и у нас секретов от советских граждан нет! Коли сами друзья погибших их плёнки проявляли, то всё честно и чисто! А помогает им в этом своя родная прокуратура в лице кристально честного и сердобольного прокурора-криминалиста Иванова! - объяснил Николай Иванович.

В ответ Иванов очень грустным голосом произнес:

- Не знаю, получится ли у меня. Но постараюсь справиться с поставленной задачей!

- Мы Вас, Лев Никитич, позвали на помощь, учитывая, что Вы лучше других знаете студенческую среду, двойки-пятёрки им ставите по криминалистике, - хихикнул Клинов, - кто ж, как не Вы сможете их обаять, расположить к себе, "попросить" выполнять всё, что надо! - Ну со студентами у меня отношения всегда были хорошими... - недовольно буркнул Иванов.

- В фотолаборатории предупредите, - продолжил наставления прокурор Клинов, - что когда Вы приведёте туда вечером студентов, чтобы там никого не было. Совсем никого! Это мой приказ! Только пусть не забудут оставить закрепитель, проявитель, что там ещё, бумагу и тэдэ и тэпэ!

- Понял! - ответил довольный собой Лев Никитич.

- Намекните ребятам, что, Дело, мол хотят замылить, а Вы вот его, так сказать, спасаете! По доброте душевной и с целью соблюсти Законность! - просветил своего визави Клинов.

- Угу! - одобрительно кивнул Иванов.

- Ну, а после, поезжайте на место в горы! Посмотрите там, что и как! К настоящему времени там комитетчики под руководством Уракова уже всё приготовили. Создан Штаб поисков. В основном из сотрудников УПИ. В Ивделе - Ортюков, на месте в горах - Масленников. Эти люди в курсе операции, и Вы можете на них положиться. Студентов-поисковиков уже вывели на место Спектакля, трупы обнаружены. Темпалов там всё опишет как в первый раз: тела, палатку и всё такое. Пусть замаливает свои грешки перед Облпрокуратурой, болван, - грозно закончил свой монолог Клинов.

- Я всё понял, Николай Иванович! - переходя на официальный тон отрапортовал Иванов.

- Кстати, Лев Никитич, о дневниках туристов. Ребята там успели и записать лишнего. В Комитете смогли "адаптировать" только два из них, их и найдёт Темпалов, - продолжил Прокурор области, - да и трупы будут обнаружены не все сразу. Самых тяжело травмированных велено "найти" попозже, по весне, например!

- Понятно! - не задавая лишних вопросов к удовольствию Клинова утвердительно мотнул головой Иванов.

- Лев Никитич, и никаких протоколов и постановлений от Вашего имени пока не издавать! Вы меня поняли? Пусть наш артиллерист Темпалов отдувается за своё "рвение". Вам ничего не следует подписывать до судмедэкспертизы, на которой я буду лично. Нам нужно как можно меньше оставить следов облпрокуратуры в этом грязном Деле! Кое-кто очень хочет свои грязные делишки руками нашей прокуратуры обтяпать! После же судмедэкспертизы будет понятно, можно нам вообще брать это "тухлое" Дело или нет! - закончил свою тираду Прокурор области.

- Да, уж! Каша заварилась круче некуда! - сказал Иванов.

- И, самое главное! - акцентировал внимание Клинов, - Лев Никитич, с фотоплёнками Вам надо уложиться сегодня-завтра. Послезавтра Вам следует вылететь в Ивдель, а потом и на гору для обнаружения лабаза! Комитетские там прокололись по полной... Короче, поисковики обратили внимание на серьёзную нехватку провианта на указанный в маршрутных листах поход. Ну и появилась версия, что где-то рядом есть схрон - лабаз с остатками продуктов. Там целая история была... реальный лабаз у Отортена нашли и уже передали куда надо. Теперь, так сказать, Ваш выход!

- А как я его "обнаружу", Николай Иванович? - недовольно процедил Иванов. - Там наверное уже и места не исследованного нет. Куда мне теперь его пристроить?

- А и не надо ничего обнаруживать, дорогой вы мой "пинкертон". Вы прилетите с продуктами с Ивдельского аэродрома и вещами из лабаза, выгрузите коробки с харчами в снег, а потом принесёте их в лагерь с помощью военных. И всего делов-то! Мол, вот Вам, дорогие товарищи, продукты из лабаза, ценности они для следствия не представляют, поэтому кушайте их смело! Для виду воткнутую лыжину в снегу сфотографируете и заявите, вот, мол, место обнаружения лабаза. Никто проверять не будет! А протокол задним числом подпишите, с товарищем Масленниковым. Он вам и свидетелей предоставит, и понятых... И даже спирту нальёт, чтобы согреться после прилёта.

- Ничего себе задание, Николай Иванович! Я конечно все сделаю, но...

- Да и ещё! - продолжал давать напутствия Клинов, не обращая внимание на лепетания Иванова, - Лев Никитич, сегодня обязательно свяжитесь с Темпаловым и прикажите: пусть сворачивает палатку и вместе с трупами переносит её к вертолётной площадке. Когда прилетите - сразу проведёте осмотр тел. Если они без голов, с огнестрелом или ножевыми ранениями, то мы сразу умываем руки! Баста! Пусть Руденко и Ураков сами перед ЦК про замерзание блеют. Но лучше, конечно, чтобы всё прошло по сценарию. Всем лучше! Если всё нормально с телами, то забираете трупы и везёте их в Ивдель. И стрелой ко мне на подпись с темпаловскими Постановлениями о назначении судебно-медицинских исследований.

- Так тут мы сразу и проколемся, Николай Иванович! В свердловском СОБСМЭ Устинов всем заправляет, а вы Порфирия Васильевича сами знаете, он никогда липовых Заключений не давал и тут не даст, - испуганно воскликнул Иванов.

- А это уже, товарищ Иванов, не ваше дело. Вы-то тут каким боком-припеком? Судмедэкспепрт назначил экспертизы, облпрокуратура проконтролировала СОБСМЭ сделала заключения. Вот и посмотрим потом, от чего и как ребята погибли. Потом и будем принимать решения, брать это дело, или нет... Не переживайте, Лев Никитич, там с Устиновым уже по партийной линии поработали. Выполняйте свою часть работы и не задавайте ненужных вопросов. Я сам Вас на исследованиях трупов в Ивделе подстрахую... Лично! - Тогда все понятно, Николай Иванович. Всё будет в точности исполнено! - отчеканил прокурор-криминалист, - разрешите идти?
-
Да, товарищ Иванов, идите! - отпустил собеседника Николай Иванович.

Когда дверь за Ивановым закрылась, Клинов по фронтовой привычке перекрестился и тихо прошептал:

- Да бережет нас бог!


Александр Кас
Обсуждение статьи на форуме автора



[1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13] [14] [15] [16] [17] [18] [19] [20] [21] [22] [23] [24] [25] [26] [27] [28] [29] [30] [31] [32] [33] > 34 <
Содержание :
1. Введение
2. Это не лавина
3. Мистическая составляющая не имеет под собой почвы
4. Загадочный Отортен, куда поисковиков так и не пустили
5. Была ли группа Дятлова в долине Лозьвы и на Отортене?
6. Несколько замечаний по Уголовному Делу (УД)
7. Лишние лыжи в группе Дятлова - следы «чужих людей»
8. Экспертная оценка трупов
9. Соответствовало ли УД принятым стандартам?
10. Где могла произойти гибель группы Дятлова?
11. Фальсификация с Палаткой и следы присутствия «чужих людей»
12. Почему группа Дятлова не могла установить Палатку на высоте 1079
13. Почему Дятлов «забыл» протопить печку в лютый мороз
14. Следы присутствия у Палатки чужих людей
15. О чём говорят солдатские обмотки и портянки?
16. Ёлки-палки, или как появился настил у ручья?
17. Таинственный Лабаз, и как он появился
18. Какой следователь вел Дело группы Дятлова?
19. Как и когда проходил первый, настоящий осмотр трупов
20. Записка с Отортена и «солидные люди» в Ивделе
21. «Вечерний Отортен»
22. Неожиданный В.Д. Анкудинов, или последний свидетель, с кем откровенничал товарищ Возрождённый
23. Про «огненный шар» и сигнальную ракету
24. Таинственная «Застава Ильича», или откуда прибыл радист Неволин
25. Поддельные фотоплёнки от товарища Иванова, или как «добрый» следователь студентов развёл
26. Почему туристы были без обуви, про валенки и другие любопытные вещи
27. Фактические причины смерти туристов
28. Почему из Дела изъяты все Акты судебно-химических исследований трупов
29. Последние штрихи: рассматривая материалы 2-ого тома УД
30. Последние дни группы Дятлова (реконструкция событий февраля 1959 г.)
31. Как Власть УД закрывала
32. Режиссеры и главные исполнители
33. Капитан Чернышов и его "каскадёры"
34. Как принимались решения в высоких кабинетах Власти

 

Комментарии :

Pashka_Dodger   2018-10-13 17:32 #168  

Огромное спасибо автору за проделанный труд. Пожалуй на данный момент это лучшее объяснение гибели группы Дятлова. Хотя место и обстоятельства гибели туристов могли быть иными, но ход мыслей правильный, вне рамок, навязанных нам официальной версией.

Pashka_Dodger   2018-10-13 17:39 #169  

Думаю первое УД от 06.02.1959 должно было заканчиваться словами следователя:
Тела обнаружил охотник Пашин.
Группа туристов погибла, попав в лавину на горе Отортен, в следствии этого у некоторых ее членов были обнаружены переломы ребер и костей черепа, остальные члены погибли от переохлаждения или задохнулись под снегом (тогда и цвет крови подошел бы как нельзя лучше).
Вскрытие произвел ..такой то..
Следователь Ивдельского р-на ..такой то..

Но не своевременное вмешательство свердловских и не готовое дело испортило все планы.

rig   2018-12-24 10:13 #170  

Да ваша версия ближе всех к правде но вопросы тоже есть Вы говорите что первый осмотр трупов был ранее были обмыты одеты и увезены куда то тогда почему некоторые трупы из первой пятерки такие грязные то есть в крови и многочисленных ссадинах и запекшийся крови не понятно если их перед этим обмывали

Evgen   2019-01-06 15:12 #175  

Версия абсолютно несостоятельна. М.Шаравин натыкался на заметённую снегом лыжню (предположительно дятловцев),подходя уже ближе к обнаруженной палатке(интервью с КАНом).Как минимум (не помню точно) трое были обнаружены в "ложе трупа" с характерным обледенением снега от дыхания (официальные данные),т.е. умерли там где их и обнаружили,никаких инсценировок.Двое часов на руке Тибо - обычная практика в походах.Часы передавали дежурному на время сна (одно из интервью Ю.Юдина).Читать до конца данную версию не вижу смысла.

iva   2019-01-15 14:41 #176  

Уважаемые коллеги! Я внимательно ознакомилась с версией А. Каса. Дело в том, что я лично беседовала с Борисом Ефимовичем на конференции, посвященной памяти группы Дятлова в 2009 году. Борис Ефимович однозначно подтвердил в разговоре, что к книге Буянова Е.В. не имеет никакого отношения. Автор книги вышел на него и попросил подписать для придания значимости лавинной версии. Вот персона Буянова - крайне напрягает и смущает, т к данный дятловед - лавинщик с упорством продвигает свою версию вопреки любой критике и несостыковкам. Слобцова Б.Е. считаю честным, в 1959 году он был почти ребенком. Думаю, что учитывая дальнейшую неразборчивость (поставил подпись под версией, к которой не имеет никакого отношения И НЕ РАЗДЕЛЯЕТ ЕЕ), ставил подписи под документами, которые ему предлагали подписать. Не знаю реалий того времени, судить не буду. Возможно, просто по-другому было нельзя.

Andy   2019-01-22 18:45 #177  

Для подтверждения любой гипотезы можно привести огромное число фактов, доказывающих данный тезис, но достаточно всего-лишь одного опровергающего гипотезу, чтобы считать этот тезис ложным. Я не большой специалист по этому делу, и не изучил всех материалов, но внесу свою ложку дёгтя. Есть известная поговорка "нет тела - нет дела". Так следы не заметают. Если тела оставили, то сделали бы так, чтобы не возникло столько подозрений. Достаточно было бы на троих обрушить ствол дерева, чтобы можно было объяснить полученные травмы. И с остальными неувязка. Я, конечно, говорю от себя, но у группы зачистки, которая должна была попросту доставить задержанных, врял ли были в запасе шприцы с морфием. Однако я не считаю это дело рядовым. Оно достаточно необычно.

Andy   2019-01-23 11:24 #178  

Ещё одна ложка дёгтя
При замерзании у трупа:
"Отмечается переполнение мочевого пузыря вследствие нарушения его иннервации".
http://www.medintime.ru/medtimes-766-1.html

Евген Антибуянов   2019-03-08 00:05 #180  

Ещё одна ложка дёгтя
При замерзании у трупа:
"Отмечается переполнение мочевого пузыря вследствие нарушения его иннервации".
Но рассматриваемой Версии очень аргументированно доказано: смерти от замерзания НЕ БЫЛО, ибо не выявлено необходимого комплекса признаков.Тому приведена большая глава с массой фактологического материала. Поэтому, вам придется этой ложкой дёгтя намазать себе что-нибудь. Исключительно, для Вашей же пользы, дабы в следующий раз читали повнимательней.

Евген Антибуянов   2019-03-08 00:10 #181  

Andy, если бы делали, как Вы советуете: нет тела - нет дела, то в феврале там бы оказалось пол-Свердловска. И излазили бы весь Урал. А там Авария секретного объекта, туда пускать никого нельзя... Вы, вообще, читали Версию Каса? Или просто поболтать зашли?

Майя   2019-03-14 10:54 #182  

Зачем товарищу Мильману уточнять маршрут? Был живой Юдин, он должен был знать куда и как они должны идти. Почему нет видео с медсестрой Солтер (или я его не нашла в сети)?

rig   2019-03-25 08:41 #184  

Видео с медсестрой есть только в одноклассниках,по крайней мере я только там смог найти.

LehaKB   2019-04-03 11:39 #185  

версия конечно шикарная, и проработана вообще выше крыши,......но о боги, ответьте мне кто нибудь на один маленький вопрос - ЗАЧЕМ, ЗАЧЕМ я вас умоляю городить весь этот огород, там тайга, сибирь , попа мира, 1959 год(в тех краях я думаю он вообще не отличался от 1859-го),
.....--пропали без вести 9 туристов, ВСЁ, ТОЧКА, КОНЕЦ ФИЛЬМА!!!!!!!!!!!
вот хоть убейте --- самый простой и логичный вариант, для умных людей о которых нам здесь пишут, без особых морально-этических принципов.......

volodia.ku2012@yandex.ru   2019-04-20 11:43 #186  

Интересные факты и доказательства! Только увидеть палатку с самолета на расстоянии 25-30 километров, как указано в показаниях летчика, невозможно! Даже в бинокль!Полагаю, что это ошибка. "Режет" глаз!


«Миражи над Жигулями»©2001—2018
При перепечатке статей обязательна прямая обратная ссылка на этот сайт.