Статьи > Огонь в небесах

Возвращение фортеанства или сто лет спустя: Страна чудес

 
Мы всегда хотели чего-то большего, такая уж у людей природа. Видеть дальше, ходить быстрее, хорошо бы даже не ходить а, скажем, летать... Наша техника, по мере возможности следуя этим желаниям, создает что-то, отдаленно похожее на эти мечты - ну а мечты, надо думать, отвечают тем же.

Мы продолжаем цикл статей, посвященных приближающемуся столетию со дня выхода в свет первой книги Чарльза Форта. Мы будем листать книгу аномалий, мы будем раскапывать курганы "проклятых" фактов - так же, как и в предыдущих статьях. Сегодня мы будем говорить об "аномальных зонах", о местах, в которых по чьим-то мнениям происходят чудеса, по чьим-то - не происходит ничего необычного...

О Хотавецких странностях мы уже начали говорить, когда рассматривали необыкновенные метеориты. Настало время углубиться в эту тему, потому что "кратер каленых огненных стрел" не сказал своего последнего слова - ни после падения ни даже сейчас. Наш источник информации - Александр Петрович Гусев, воспоминания которого опубликованы в книге Валерия Кукушкина "Химеры урочища Икс". К сожалению, не все интересные материалы попали в книгу, и в некоторых случаях нам придется обращаться к данным, которые изданы не были - вряд ли кто-нибудь еще будет писать о Хотавецких аномалиях.
Спустя лет десять после падения "стрел" с неба спустился, как говорили старики, "большой железный пароход в огне", вырыл в земле рядом с горой, что неподалеку отсюда, яму и ушел туда. С тех пор стали замечать, что земля и вода на нашем и соседних озерах иногда начинают трястись. Особенно хорошо это заметно на озерах.


Хотавец и окрестности. Карта выполнена Ю.Н.Морозовым.


Рыбаки многие рассказывали: сначала вся вода крупно трясется через лодку это чувствуется хорошо, затем частота вибрации все увеличивается, появляется звук, звук этот становится все выше и выше, и вскоре уже слышен как бы звон комариной стаи. Стали также замечать, что если из зоны вибрации вовремя не уйти, то человеку становится плохо: он как бы пьянеет, теряет контроль над собой, не понимает, что делает. Еще до 17-го года, рассказывали, был такой случай в одну из житниц, что на осарках, забрались воры хотели зерно унести, да попали как раз под вибрацию. Так и не смогли ничего вынести, дверь в житнице открыта, замок здоровенный рядом валяется, а сами едут на телеге, песни поют.
Стали со временем замечать, что попавшие под вибрацию заболевают. А в деревне нашей люди жили по добрым старым обычаям, по хорошим заповедям, не богато, но добротно, работали на совесть, ну а в праздники гуляли, веселились, но чтоб вином зря баловаться ни-ни! А тут просто из жизни, из практики люди вынесли, что, если попал под вибрацию и не хочешь заболеть нужно выпить; не много, но обязательно нужно, иначе плохо будет.

Так поступали даже и старые люди, которые до того вина в рот вообще не брали...

Не так далеко от деревни нашей находился хутор Печениха. Жил там мужик, которого в народе почему-то прозвали Печеным, а как его настоящее имя было, я не знаю. С начала века, говорят, и в течение пяти-семи лет под домом у него в одно и то же время начиналась вибрация. И вот однажды к нему в избу заходят эти и говорят: "Уезжай! Здесь нельзя: трасса; не изменить". Начал у него после этого дохнуть скот. Потом жена заболела. А где-то в 20-е годы уехал он оттуда...

Это производит впечатление или откровенной выдумки или дремучего деревенского фольклора - однако, не является ни тем ни другим. Автор этих строк долгое время был настроен к Хотавецкой истории весьма скептически, однако многолетние исследования заставили, по крайней мере, отнестись к рассказам с максимальной серьезностью - очень уж многое из них удалось подтвердить современными исследованиями. К сожалению, смерть Ю.Н.Морозова и В.Гусева а также болезнь В.Кукушкина остановила эти работы, и возобновить их в Хотавце едва ли удастся - очевидцев довоенного времени уже не осталось. Но и того, что собрано достаточно, чтобы сделать некоторые предположения, чем мы на протяжении этих статей и займемся.

Это судьба "проклятых фактов" - они не соответствуют тому, что мы ожидаем, а потому не воспринимаются. Не воспринимаются в буквальном смысле слова: собеседники, участники тех далеких событий помнят все, кроме аномальностей. Как будто причины и следствия причудливо изменены и замыкаются не на те события, которые помнит рассказчик а на события совсем другие...

Как правило, услышав такие рассказы, начинают считать что у вспоминающего "неправильно" просто слишком богатое воображение. Мы слишком привыкли к тому, что прошлое может быть только "так" но никак не "и так и совсем не так - одновременно". Но что, если факты соответствуют как тому рассказу, так и другому? И факты эти - иногда донельзя странные.
Году, наверное, в 47-м, в сентябре, три или четыре женщины, набрав по мешку клюквы, возвращались с той стороны озера в деревню.

За день устали. И тут заметили в лесочке костер, вокруг которого сидело несколько человек. А ведь в деревнях-то люди какие с каждым любят поздороваться, а коль незнаком разузнать, кто такой да к кому приехал.

Ну вот, одна из них мешок на землю поставила и пошла к костру. А те сидят, не замечают. И уж совсем близко подошла, смотрит, люди-то ростом вроде ребят. Тут один из них голову к ней повернул, она и обмерла: лицо-то у него зеленое! Увидев ее, они все от костра врассыпную так и бросились.

Придя в деревню, женщины рассказали об этом. Я на другой же день сел в лодку и поплыл к тому месту.

Действительно, нашел кострище, в нем остатки березовых дров; и рядом лежали заготовленные "дрова" срез чистый, будто полированный. А ведь место тут болотистое, растут все больше сосенки, а до ближайшего березового леска с километр будет. Ну да не это удивительно: вокруг кострища следы в виде подковок с тремя шипами.

Поразительно смешение "французского с нижегородским", вполне "уфологические" предания, перенесенные в деревенский быт первой половины двадцатого века. С первого взгляда - полное впечатление сознательной и не очень качественной фальсификации. Второй взгляд... давайте попробуем сделать его вместе.
Но однажды бабушка Марфа видела "зеленого" этого и совсем близко. Было это примерно в 38-м году. Вечером пошла она в хлев к корове. А хлев тут же, в доме, находился, надо было лишь по лесенке спуститься. Только она открыла дверь и видит: внизу, у кормушки, стоит человечек, на корову смотрит, а та как ни в чем не бывало сено жует. Он руку протянул, тоже сена взял и в рот. Бабушка вскрикнула, он обернулся, а лицо-то зеленое! сено на пол бросил и по лесенке-то мимо нее цок-цок-цок и вышел.

Спокойно шел, не спешил, а как мимо проходил, бабушка хорошо рассмотрела, что нос у него прямой и одежда в обтяжку. Бабушка, как от испуга оправилась в избу. Говорит мужикам: "На дворе-то у нас домовой, только что видела!" Те смеются. А на другой день в доме все чистили и мыли к празднику готовились, и вот, когда бабушка стала ту лесенку, что на двор ведет, мыть, увидела на ней отпечатки подковок и всем их показала. А в кормушке у коровы нашли какие-то зеленые таблетки.

В 38-м году с неба спустился еще один корабль. Опять же видели в тех местах людей, но уже высоких, в серебристой одежде и как бы со шнуровкой. А вскоре случилась беда: загорелись торфяники, а ведь низовой пожар страшное дело! Пожар возник у другого озера, где сел корабль, но уровень воды в том озере был низкий, да и подойти к нему уже не было возможности, чтобы прорыть канаву из озера к очагу пожара и залить его там уже провалиться можно было. Огонь подбирался к нашей деревне с каждым днем все ближе и ближе, и было видно, как подсыхали сосны. А ведь вокруг деревни хлеба и травы, все погибнет, а там и деревне конец. Что делать? Решили канаву рыть из нашего озера навстречу огню. Согнали людей из всех ближайших деревень.

Работали быстро, но не успевали. И вдруг пожар погас сам. Старые люди потом говорили, что погасил его корабль, под землей пробивший канал из другого озера. Но сосны сухие на тех местах, наверное, и до сих пор стоят.

Примерно в это же время или раньше случилась и еще одна диковина. Жили-то ведь раньше не богато: хоть хлеб выращивали, а самим мало что доставалось, ну и мужички частенько рыбкой на озерах промышляли. Вот пошли они раз на небольшое озерцо километрах в двух от деревни рыбу ловить. Приходят и видят: еще вчера было одно озеро, а сегодня два! Новое озеро появилось совсем близко от старого. В одну ночь! Вода была в нем мутная, живности никакой. С одной стороны от этого озера лес был повален, а с другой появился песчаный бугор. Странным было и то, что, как скоро заметили а деревенский-то мужичок приметлив! Уровень воды в новом озере в течение суток колебался сантиметров на сорок. Ну и решили прокопать меж озерами протоку.

Однажды видят: поперек протоки стоит ель на сучьях. Мужики сразу сообразили, что на ту ель сети можно вешать: новое озеро, как насос, воду туда-сюда гонять будет и рыбка сама собою ловиться станет! Потом к ели-то подошли, смотрят нет, не нашим братом она сюда поставлена: у комля поперечником сантиметров в 30 будет. Чтоб притащить ее сюда, да через лес, да с торчащими ветками нужно человек двадцать. А место среза гладкое, будто обожженное. Все же лишние ветки пообрезали, стали сети вешать. Рыба и в самом деле ловилась. Но первое время вместе с рыбой и водорослями вытаскивали в сетях большое количество легких стеклянных капелек зеленоватого цвета, которые тонули в воде очень медленно. Ну а дальше и на этом озере чудеса начались. Видели там много непонятного.

Иные рассказывали, будто бы по воде там бегают поросятки, несколько раз видели даже заморского барашка... так его и называли "заморский барашек", то есть не такой, как у нас. Появлялся он на дороге, что шла мимо озера, оттого ходить по ней боялись Да что говорить! Видели там ведь даже и русалок.

А однажды такой случай был. Пошли мы с мужиками на это озеро рыбу ловить. Сеть заводили на лодке. Стали тащить, а она возьми да и зацепись Ну вот Козлов Борис и говорит: я, мол, сейчас спущусь в воду, отцеплю. Остальные ему помогают. А он на дно встал, да и говорит: "А ведь здесь лист железа лежит". Мужики засмеялись: хватит, говорят, шутить. А он им: "Да не шучу я! Вот ей-Богу, иду, как по палубе корабля, а она качается!" Мужики попритихли. Видят, действительно, человеку вода по грудь, но идет легко, не вязнет. А дно-то ведь там топкое Прошел он еще, наклонился. "Тут, говорит, из железа вроде как труба толстая торчит, мне доходит до пояса".

Стал он ее ощупывать. "Сверху, говорит, она гладким железом закрыта, а с боков отверстия и устройство вроде кардана". А поперечник той трубы был, по его словам, около полуметра. А я-то рядом был на лодке, еще говорю ему: "Ты, Борис, как капитан Немо на "Наутилусе". А он: "Да ведь труба начала в палубу втягиваться" Тут уж нам всем не до шуток стало. Вошла труба в палубу полностью, заподлицо с ней. Козлова на лодку подняли, и он быстро стал как бы пьянеть... Мы сеть собрали да и долой с озера какая уж тут рыбалка! Борис-то, знаю, после этого случая в бане парился, хворь из себя выгонял. Погиб он довольно скоро: с машины бревно упало и задавило его.

На этом же озере году в 46-м Виктор Барбашов видел, как из воды поднималась "голова на тонкой шее" как бы шар какой-то. Другие, говорят, видели поднимавшиеся "ушастые шары" возможно, это одно и то же.

Стали люди замечать, что вибрация воды на озерах и земли меж ними начинается и заканчивается в строго определенное время и в определенные дни. "Корабли ходят", говорили в народе. Так уж в те дни и часы и опасались на таких местах появляться. Скажем, чтоб кто-нибудь на эти два озера после трех часов дня пошел, а тем более вечером ни-ни!

Был еще такой случай. Рыбачили мы с ребятами на другом озере. Решили потом искупаться. А Павел Лукичев и давай глубину мерить, то есть опускаться как можно глубже ногами вниз. Вдруг наверх выскакивает, кричит: "Ноги обжег, кипяток внизу!" И к берегу. Мы посмеялись, да видим, он не шутит, испугался. А как на берег-то вышел, действительно, ноги красные, будто горячей водой обварил.

Перед этим как раз я один на озере рыбачил и слышал как бы плотный писк даже уши заложило. После войны, году в 45-м или 46-м не помню, но вот число я запомнил точно 22 июня, день начала войны, один репатриант, инженер (он работал на лесоучастке лесорубом), ловил утром рыбу на нашем озере. День был пасмурный. Тут рядом-то с деревней заливчик такой есть небольшой Вдруг, говорит, неожиданно раздались свист и шипенье. Совсем недалеко от него всплыл "корабль". Был он серого цвета, нос четырехгранный, наверху имелась рубка, форма корпуса "как у сваи". Корабль быстро погрузился обратно. Инженер, конечно, поскорей ушел оттуда. "Корабль, он говорил, оттого быстро и погрузился, что с него меня увидели". После этого случая у него очень сильно болела голова.

Еще раньше, году в 37-м, рыбачили мы с Иваном Гусевым, председателем колхоза (он потом на фронте погиб), на одном из озер их много там. В середине озера как бы островок из песка. Вдруг началась тряска, меня, помню, сильно трясло. Я-то не видел, что происходит, а Иван кричит: "Вон, вон, смотри, корабль-то погружается!" Тут у колов лодка была привязана. Мы отвязали ее да и поскорей переплыли в другое место.
Помню, было и такое: Матвеев Тихон Тимофеевич, живший на хуторе близ нашей деревни, говорил с моим отцом о взлете корабля из-под воды. Заметив, что я прислушиваюсь к разговору, взрослые (а я был тогда еще маленьким) выгнали меня из избы.

Воспоминания, воспоминания... Увязанные именами и датами, но, самое главное, дальнейшими находками - ведь "перископы" и "вибрации" наблюдали уже в 90-е годы. Вот несколько примеров:
Да вот хотя бы в 46-м году пришел из армии Гусев Григорий (в деревне-то нас, Гусевых, много жило) и решил перед селянами вроде бы похвастаться тем, как точно он по компасу ориентироваться может; а в войну он в связи служил, по азимутам провода телефонные прокладывал. Ну вот, стал он компас устанавливать, и вдруг, у всех на глазах, стрелка отклонилась влево. Было это в пятницу, в восемь часов вечера.

Сначала подумали случайность. Мало ли что? Но стрелка вела себя так каждую пятницу, в одно и то же время: в 20 часов отклонялась в сторону осарков и примерно в 21.30 возвращалась на место.

После войны, опять же, купил кто-то радиоприемник "Родина" были такие, и вот, стали замечать, что по пятницам в одно и то же время на коротких волнах, то есть от 16 до 40 метров, всегда идет помеха.

Или вот, скажем, в 45-м году, в марте, фотографировал я часовню очень уж красивая она была, и вдруг началась вибрация, в ушах словно писк комариный. Пленку я проявил потом, а она вся как "расстреляна" сплошь в точках.

А это - фрагмент описания первой экспедиции в Хотавец в 1989 году:
Вот куда мы завтра пойдем Александр Петрович ткнул пальцем в карту и потом махнул рукой на север. Там, всего лишь в двух километрах от нас, находилось озеро, "образовавшееся в одну ночь". Гусев положил на карту свой компас.

Облака сгущались все более. Мы стояли у костра. В который раз за этот вечер я обратил внимание на странное выражение лица Гусева: на нем смешались и застыли радость он снова был в родных местах, и горечь: мы стояли на мертвом месте. Я огляделся кругом. Неужели здесь когда-то бурлила жизнь, жили люди? Голое поле. Тишина.

- Смотри! Что это?

Я обернулся. Гусев стоял над картой, указывая на что-то рукой. Я глянул и обомлел: у нас на глазах стрелки обоих компасов медленно поворачивались влево, в сторону осарков. БЫЛА ПЯТНИЦА. ДВАДЦАТЬ НОЛЬ-НОЛЬ. Все, как рассказывал нам Гусев в Ярославле.

Еще один момент - тоже из первой экспедиции:
Солнце поднималось над лесом. Все было залито его прозрачным светом, но мы оба стояли, ожидая чего-то неладного.

Чувство тревоги нарастало. Я взглянул на Гусева и только сейчас понял, что его неподвижный взгляд устремлен не на меня, а на ЧТО-ТО ЗА МОЕЙ СПИНОЙ. Он медленно поднял руку, указывая на ЭТО пальцем. Сделалось страшно. Я обернулся. Ярко освещенная вода озера слегка волновалась. "Что же он увидел?" промчалось в голове.

Вон, вон! Видишь?

Бросив взгляд по направлению его пальца, я увидел недалеко от плывуна, в тридцати метрах от нас, черное лоснящееся тело правильной формы в виде яйца высотой сантиметров в пятнадцать с какими-то "ушками" по бокам, на тонкой шейке высовывавшееся из воды. На "яйце" сидела большая чайка. Заметив направленные на нее руки и взгляды, она, сильно оттолкнувшись ногами, взлетела в воздух. "Яйцо" не шелохнулось.

Глядя на огромный, залитый солнцем пейзаж, в который была воткнута одна-единственная крохотная черная точечка, излучавшая страх, я вдруг ощутил ирреальность происходящего. Тягостная тишина давила. Это было как сон. Ерунда, подумалось мне. Ничего такого просто не может быть. Это обыкновенная коряга. Хватит трястись!

- Александр Петрович, давай подплывем к ней
- Нет!
Я глянул на чертово яйцо невероятно правильной формы, поймав себя на мысли, что, предлагая Гусеву плыть, я рассчитывал на его отказ. Да, плыть к этой гадости не хотелось. Но что это было? Вдруг.
- Александр Петрович, я поплыву один.
- Нет!
- Подожди, я сбегаю за подзорной трубой.

Я рванул к домику и, выдрав трубу из рюкзака, через минуту был на месте. Стоя на качающейся кочке, разгоряченный бегом и атакуемый тучей комаров, я, несмотря на движения трубы, рассмотрел объект детально, поскольку через оптику он был виден как с трех метров. Идеально точная форма, четко выделяющаяся на светлой воде. "Шар с ушами" "Шар на тонкой шее" Вот он, перед нами! Что же это я маху дал.

- Александр Петрович, подержи, - я сунул товарищу трубу и вновь бросился к домику за фотоаппаратом, проклиная себя за несообразительность.

Возвратясь, я заметил, что Гусев отошел от берега. Шар изменил свой вид. Возможно, он развернулся: "ушки" уже не были заметны. Теперь он выглядел как яйцо с торчащим в правую сторону цилиндрическим "носом". Черт побери, мы же дважды буквально через него должны были проплыть, а ничего не заметили! Открыв и настроив фотоаппарат, я уже хотел было заснять шар, когда раздался новый возглас Гусева.

Клянусь всем, еще две минуты назад этого не было! Почти на одной линии с шаром, в двадцати градусах левее, в сотне метров от южного берега озера ярко блестел на воде еще один объект, необычайно светлый! Схватив в руки трубу, я впился в него взглядом.

Объект был из светлого материала типа алюминия. Основная его часть представляла собой вертикально стоящий цилиндр размером больше двухсотлитровой бочки. Слева к цилиндру был пристроен как бы плоский длинный ящик, еще более светлый по виду. Стоявшее слева солнце бросало на цилиндр два ярких блика. Отражение объекта на воде колебалось в невысоких протяженных волнах, но сам он стоял жестко.

- Это корабль, Валерий. Надо уходить.

Слова, произнесенные Гусевым с полной уверенностью, потрясли меня. Все это было невероятно! Мысль о каком-то сне под сверкающим небом вновь прошила меня. "Это контейнер для научной аппаратуры, сказал я сам себе. Кто-то специально поставил его здесь. Надо узнать у руководства зоны". Трезвая мысль не помешала волне страха продраться меж лопаток.

- Валерий, надо уходить.

Я взглянул на Гусева. На лице его тоже был страх, но, в отличие от моего, на нем не было сомнений. Старик точно знал, ЧТО он видел. Я вскинул фотоаппарат и, вогнав оба объекта в кадр, сделал два снимка. Оставалось еще три кадра; при таком наплыве чертовщины они могли пригодиться при переходе через лес. Времени было почти половина восьмого. Это подхлестнуло меня.

- Александр Петрович, давай подплывем к шару!
- Нет! Он светит на меня.

Я посмотрел на шар он был словно из грубой черной лоснящейся кожи. Да что же это происходит? Волны озноба прокатывались по телу. Повернувшись к Гусеву, я увидел, что он, пятясь, схватился за сердце и упал назад.

- Александр Петрович! Я бросился к нему. Ситуация вмиг стала острой, но Гусев быстро приходил в себя. Лодка была рядом. "Может, подплыть?" мелькнуло в голове.
- Пошли, Валерий

Бросив взгляд на озеро - оба объекта стояли на своих местах, я пошел вслед за Гусевым. Было 7.30 утра. Спустя пять минут мы покинули урочище.

Со временем аномальности имеют тенденцию ослабевать - уже сторая экспедиция в Хотавец встретила намного меньше странностей - однако, они все равно были:
Комаров включил аппарат и нажал кнопку вызова. Никакого результата! Что они там, рацию выключили, что ли? Кто-то засвистел ребятам и стал показывать руками на рацию. Было видно, что те двое тоже с чем-то возились, вероятно со своей рацией. Черт побери, радиосвязи нет на расстоянии прямой видимости!

- Оставь, Андрей, эту технику. Придем разберемся.

После двухчасового пути до урочища и обратно и лазанья по мху вокруг озер мы все были утомлены и, зная о предстоящем ужине и отдыхе, двигались не спеша. Теперь до избушки оставалось метров триста, не более. Комаров и Вихрев шли впереди и о чем-то беседовали. Мы с Сидоровым, отстав от них метров на пять, тоже разговаривали.
Слушая Сергея Сидорова, я еще раз поднял голову и глянул на избушку. Костер ярко горел в наступающих сумерках.
Ожидавшие нас парни теперь не двигались и стояли, глядя на нас, словно застыв в ожидании. Все трое.

Третий выглядел как-то несуразно: втянув голову в плечи и опустив длинные руки почти до колен, он довольно нелепо громоздился за спинами Смирнова и Зимакова.

Экое полохало, вяло подумал я. Хоть бы следил за осанкой. Что-то ответив Сидорову, я глянул на шедших впереди. Андрей, как мне показалось, некоторое время внимательно смотрел в направлении избушки, потом вновь стал глядеть под ноги.

"Зачем же он переоделся во все черное" продолжал я отстраненно размышлять о третьем стоявшем у костра. Ведь он из-за этого выглядит почти плоским, будто бы из фанеры вырезан". Нить рассуждений Сергея я уже почти утерял. Волна раздражения на самого себя поднялась во мне: вместо того, чтобы слушать товарища я думал о какой-то ерунде.

Против своей воли я вновь поднял глаза и в пятидесяти метрах увидел стоящих Смирнова и Зимакова. Третьего не было!!!

"Постой, наконец-то пронеслось в голове, как же так? Нас здесь всего шестеро: вот мы идем вчетвером, а там еще двое. Двое, а не трое!" Как же я мог видеть седьмого?"

Только сейчас до меня дошла вся абсурдность ситуации. Да и обликом "седьмой" сильно от нас отличался: неимоверно высокий метра два не менее, без шеи, лица не видно, темно-серый, почти черный, плоский, с руками до колен. На мгновение стало жутко.

Подойдя к ожидавшим нас, я постарался погасить на своем лице недоуменное выражение.

- Сергей, - спросил я Смирнова, у вас что, гости были?
Вопрос получился какой-то стихийный, будто бы случайный, что оказалось весьма кстати.
- Какие еще гости? - настороженно переспросил Смирнов.
- Ну вы же не отвечали нам по рации.
Андрей пристально посмотрел на меня, и в его взгляде я уловил нечто странное.
- Рации не работают. О каких гостях ты говоришь? - настойчиво повторил свой вопрос Смирнов.
- Ладно черт с ним со всем. Я просто подумал.
Глянув на Андрея, я слегка качнул головой в сторону. Через минуту как бы случайно, мы отделились от товарищей.
- Андрей, ты видел что нибудь такое? - спросил я.
- Ты имеешь в виду
- Ну да, за спинами у ребят!
- Я видел. А может, мне показалось. Впрочем, я не обратил на это внимания. Когда мы подходили к избушке, вроде бы кто-то третий прошел за спинами у ребят.
- Куда?
- Вот к этому кусту - Андрей показал на небольшой кустик смородины, росший рядом с черемухой, с которого мы брали листья для чая; куст и черемуха стояли одиноко, спрятаться за ними такому большому человеку было бы трудно. А может, это был Михаил? Мне как-то не пришло в голову пронаблюдать. Просто странно показалось.

Да о чем вы тут шепчетесь? спросил, подходя, Смирнов. Он явно нас в чем-то подозревал.

Андрей пробормотал что-то насчет раций. Я в это время, будто бы прогуливаясь, прошел на место, где стоял "седьмой". Трава здесь, недалеко от костра и места, где мы ели и мыли посуду, была сильно примята. Никаких необычных следов я тут не заметил. Собственно, даже если бы они имелись, разглядеть их было бы сложно. Чуть погодя ко мне присоединился Андрей.

Наблюдение "вибрации" как и "перископа" тоже было подтверждено - 23 июля 1993 это видели сотрудники заповедника, на территории которого находится сейчас Хотавец. Особую ценность наблюдению придает то, что книга тогда еще не была издана.
Медаков Павел, лесник, говорил мне году в 45-46-м, что на одном из озер "стоит корабль" и на берегах этого озера часто видят "зеленых", а на другом озере "корабль уходит под обрыв". Да и дядя Кирилл Дробин, и Патеров Иван Никитич говорили, что видели корабли на озерах. Длиной они примерно с две лодки, то есть метров по 10-12. Возможно, это был один и тот же корабль, который под землей переходил из одного озера в другое. Ведь вот я вспоминаю, говорили, что корабли эти могут проходить даже сквозь камень.

Но где-то на "двойном" озере, по рассказам, лежал неисправный корабль. То же говорили и про другое озеро по соседству.

Я помню, шел как-то с этого озера и повстречал Улю Иванову - мы с ней учились вместе. Так вот она сказала мне, что воду с того озера пить нельзя: там лежит корабль. Да я и сам знал, что рыбу, которую там ловили, нельзя было жарить - "вспухала" в объеме раза в полтора, а как горячий кусок есть станешь - сильно жжет горло. Есть можно было только в холодном виде. А лучше всего - солить и сушить, а уж только после этого варить из нее суп.

А то еще такое было. В войну-то ведь недалеко от нас находился пост ВНОС (пост воздушного наблюдения, оповещения и связи). Служили там девушки-зенитчицы. И вот уж в конце войны, году в 44-45-м, заметили оттуда, как к "двойному" озеру подлетал "оранжевый корабль", на борту которого горел прожектор. Был даже дан выстрел в воздух - об этом потом много говорили.

Да и недавно, году в 50-51-м видели, как на то же озеро делал посадку "корабль с фарами".

Что они там на озерах делают - Бог их знает. Да вот сами посудите. Однажды в начале века на нашем-то озере, на бережку, видят - на кустах сети развешаны. Не наши сети, с мелкой ячеей.

Старики-то сразу сказали: "Нечистое дело, черт рыбу ловил". Порешили сети сжечь. А они в огне не горят - как студень становятся. Стали топорами рубить - от сетей летят искры. Но изрубили все-таки. Погрузили их на четыре лодки и затопили на той стороне озера. Говорят, один человек после этого умер.

Термин "аномальная зона" в таком виде, в каком мы его сегодня употребляем, ввел журналист Павел Мухортов в статье "М-ский треугольник или чужие здесь не ходят", опубликованной в газете Советская молодежь, орган КЦ ВЛКСМ Латвии, NN 159-169, 18-25 августа 1989 г. - хотя, безусловно, всяческие "проклятые места", "заколдованные места" и тому подобное присутствовали в фольклоре издавна.

Давно было замечено, что в одних местах АЯ встречаются чаще, чем в других. Разумеется, речь идет о разных АЯ, где-то чаще видят НЛО, где-то "Снежных людей", где-то видят странные миражи... до сих пор нет данных о том, объясняется ли это разной культурой и предрасположенностью наблюдателей или зависит от самого аномального места.
В статье 1997 года "Там происходят чудеса" я пытался сделать обзор самых ярких аномальных зон - и за этим отошлю читателя к той публикации, ограничившись сейчас рассказом о Хотавецкой аномальной зоне и некоторыми рассуждениями - ничего большего не позволяет объем статьи.

Не приходится ожидать, что наблюдатель, появившись в аномальной зоне, сразу (или не сразу) увидит что-то необычное. Аномальные явления - штука ускользающая, трудно ожидать от них определенности: иначе они давно были бы раскрыты и систематизированы.

Давно было замечено, что для некоторых людей шансы встретить АЯ существенно выше, чем для других. Более того, шансы этих других, если они находятся в компании "медиума" резко возрастают. Правда, есть и обратные случаи - некоторые люди блокируют "чудеса" и в их обществе ничего подобного не происходит. Разумеется, существование "медиумов" и их противоположностей - это предположения, правда, основанные на многолетних наблюдениях и сборе данных. Для того, чтобы подтвердить их существование нужно разобраться в механизме аномальных явлений. Возможно (и даже скорее всего) мы имеем дело с какой-то аномалией в восприятии.

Дальтоники, например, лишенные одного из цветовых каналов, видят мир совершенно по-другому, не так как мы, и, в то же время, мы их прекрасно понимаем, когда разговариваем с ними. Но их мир другой. Мир "медиумов" тоже другой, там совершенно иные связи между событиями. Думается, что таких людей часто считают фантазерами, поскольку они не могут подтвердить то, что видят. Гусев смог подтвердить - возможно, потому что за ними пошла небольшая группа людей, для которых хватило того небольшого отверстия, которое вело в страну чудес.

Самое же удивительное, что были попытки - в основном бессознательные но небезуспешные - проникнуть в мир "медиумов" самым физическим путем, перемещаясь в пространстве как подобает большинству жителей нашего, прозаического мира. Эти, может быть наиболее удивительные явления, безусловно не могут быть представлены ни в объемах этих статей ни в их задачах. Но когда-нибудь мы обязательно рассмотрим историю поиска путей в Мир Снов.
В 44-м году картошки на полях собрали много. Куда ее девать? Сразу-то всю на фронт не отправишь. Ну и решили на осарках вырыть ямы и хранить ее там. И вот, когда одну яму рыли, - а уж глубоко вырыли, метров около трех, - работник, что в ней находился, позвал вдруг всех нас. А я как раз там был и видел все как есть собственными глазами.

Ну вот, позвал он нас, мы к краю ямы подошли, видим - пытается он со дна ямы лопатой какой-то шар поднять. А шар поперечником миллиметров в 180-200 будет, в грязи, и будто бы известью выпачкан. И никак у рабочего с шаром этим ничего не получается: и так он его, и сяк - никак не поднять. Бросили ему лом. И ломом поднять не может. А у шара-то уже видны стали с боков как бы прорези сквозные. Вот он лом-то в прорези эти вбил, подналег, да и скрутил ему голову!.. Шар-то, оказывается, приделан был к трубе, что под углом примерно градусов в 45 уходила под землю, в сторону кратера - потому его и поднять не могли. Ну а работник ломом шар от трубы той и отломал. В этот момент то ли сам шар, то ли что-то в земле под шаром зажужжало...

Рабочий схватил его руками и тотчас же бросил - горячий, говорит. И потом в течение минуты у всех у нас на глазах человек этот как бы опьянел - говорить стал несвязно, ну буквально как пьяный, потом зашатался и упал на шар, прямо шеей. Из ямы его на веревках вытащили - он без сознания, а шея и руки сильно обожжены. Шар из ямы выбросили. Мужчину позже привели в сознание, но о случившемся он ничего не помнил дня три. После этого у него на руках и шее кожа облезла. Звали этого человека, помню, Романом, рыжеволосый такой. После освобождения из лагеря он уехал, да на родине прожил недолго - умер. Жена его еще потом нам в деревню письмо прислала - сообщала о его смерти.

Отец-то ведь мой был сельским кузнецом. Ну вот, пока взрослые вокруг работника суетились, я шар этот взял - и в кузницу. Водой его отмыл и стал пробовать ковать - от шара летят искры длинные и лопаются с треском, и запах при этом неприятный. От ударов грязь совсем отвалилась, и стало видно, что снаружи шар как бы золотисто-серебристый, оплавленный, и в поверхность вкраплены зерна светлого металла вроде цинка. Вид и узор этих вкраплений напоминал соты, но были они помельче и не симметричные. Внутри шар был полым, стенки всего миллиметров в 10, сверху - отверстие, миллиметров в 80 поперечником, против него, снизу - остатки обломанной трубы сантиметра 3 диаметром, вдававшейся внутрь шара и приваренной аккуратным тонким швом, а сбоку шара, по всей окружности, шли овальные вертикальные прорези - их было семь или девять.

Нигде никаких острых углов - все как бы заглажено. Внутренняя поверхность шара была черная, словно вороненая. И на внутреннем пространстве, между верхним отверстием и боковыми прорезями, друг против друга находились две гравировки, будто бы тонким острым резцом чернение насквозь прорезали до светлого металла.

Здесь будет уместно привести зарисовки, сделанные А.П.Гусевым - к сожалению, по памяти, поскольку зарисовки, сделанные в Хотавце пропали еще в 50-е годы. Однако, в отличие от иллюстраций к книге, эти рисунки сделаны еще до расспросов - и, возможно, более соответствуют действительности.

"А из шара-то в кузнице я хотел кресало сделать. Ведь когда я по нему до этого стучал, так искры длинные летели, лопались с треском... Положил шар в горно. Отец как увидел - выхватил. Говорит: "Не тронь! Это оттуда..." Но я после этого, как он ушел, все равно шар отверстием на конец наковальни надел, стал рубить. Почти отрубил верхнюю часть перемычки между боковыми прорезями" - это из воспоминаний Гусева, не вошедших в книгу. - "А с шара трубку я все-таки отпилил небольшую. Опилки бросил в горн. Горели с голубыми искрами, со звуком... Сам металл шара по виду как бы пористый, и в эти поры влит другой по цвету металл".

Жаль, что эти тексты стали известны только после смерти рассказчика. Существуют способы довольно точно определить состав материала по цвету, размеру и форме искр, есть специальные таблицы. Можно было узнать из чего сделан этот удивительный предмет. Вернемся, впрочем, к нашим "химерам":
Далеко ли от места падения "стрел" был найден шар?.. Нет, метрах в двадцати... А картошка в той яме так и сгнила. Ее шлаком сверху завалили, да спустя несколько дней верхний слой стал как бы колыхаться и проседать. Туда шест сунули, а он и прошел без сопротивления до самого дна. В войну целую яму картошки сгноить - за такое можно было и поплатиться. Вот уж бригадир-то наш поволновался: побыстрей, да чтоб никто не заметил, мужики завалили яму шлаком, а сверху, я помню, еще и пирамидку из крупных шлаковых кусков сложили, чтобы, значит, место это отметить... А шар этот у нас в кузнице дня три провалялся, да потом как-то незаметно исчез... Время-то ведь какое было - война. Не до загадок тогда было людям. Да и мало ли что...

Вдруг, скажем, шар этот фашисты забросили? А с ним кто-то из наших занимается... За такие дела ведь тогда круто обходились. Короче, все жители деревни были заинтересованы в том, чтобы шар исчез. И он исчез... Лишь году в 51-м я случайно встретился с сыном Александра Лукичева, Павлом; разговорились, стали вспоминать. А Павел-то летчиком служил, вернулся, кажется, из Венгрии, денег - полные карманы. Ну, мы с ним, конечно, выпили, сидим, то, се... Я в то время историю с шаром хорошо помнил, но как-то не придавал ей значения. Вот Павел-то мне и говорит: "А помнишь, шар-то в 44-м нашли?" - "Помню", - говорю. - "Ну так вот, он ведь у нас на чердаке лежал, это мой отец тогда его взял, очень уж он ему понравился"... С Павлом я виделся уже спустя годы, заговорил с ним про шар, да он как-то увел разговор в сторону...

В.Кукушкин, при организации первых экспедиций, сделал поиски ямы, в которой был найден шар а также остальной части трубки, к которой он крепился, одним из главных направлений поисков. На мой взгляд, это было бесполезно: самые яркие моменты аномальных явлений обычно самые зыбкие и ускользающие. Это какая-то глобальная закономерность. Вот и шар - мелькнул и нет его. А нам остается только вспоминать, удивляться и рассуждать о "проклятых" фактах.

Существует несколько предполагаемых факторов, создающих аномальные зоны. Возможно, для того чтобы место проявило себя как аномальное, необходимо сочетание нескольких из них - это тема, которая даже не затронута еще какой-либо систематической разработкой.

1. Сама по себе привязка к определенной местности вполне может оказаться фиктивной. Аномалии, например полтергейсты, часто привязываются к определенным людям и сопровождают их, иногда годами. Привязываются они, правда, и к строениям (так называемый "шумный дом"). К сожалению, нет даже серьезных предположений относительно механизма это привязки, так что ничего нельзя сказать и о ее объекте. Известно, что люди могут не встретить аномалий в аномальной зоне а могут встретить их где-нибудь еще.

2. Существует очень старое представление (неизвестно, кто его выдвинул), о том, что АЯ приводятся в действие кольцевым движением воды. До какой-то степени это предположение подтверждается, например, Жигулевская аномальная зона находится в излучине Волги а Хотавец - среди медленно текущих болот. Если этот фактор действительно играет значимую роль, то наибольшее число АЯ можно ожидать увидеть возле больших турбин электростанций. В архиве АЯ есть такие наблюдения, но их число не превышает числа наблюдений в любом другом месте. Хотя, возможно играет роль и скорость движения воды и ее масса - есть подозрения, что резонансные частоты в этом процессе лежат где-то в районе пяти-семи герц, период таких колебаний примерно соответствует времени, которое требуется радиосигналу чтобы обогнуть половину планеты.

 
3. ИДСЗ означает "икосаэдро-додэкадэдрическая система Земли" - своеобразный каркас нашей планеты, сообразно с которым расположены горные хребты, океанские разломы, центры цивилизаций, центры минимального и максимального давления, области зарождения ураганов и много чего еще. Безусловно, такая структура может влиять и на аномальные явления.

4. Практически во всех аномальных зонах найдены следы древних культов. Про ритуальное (по всей видимости) захоронение под Хотавецким кратером, например, мы говорили в первой статье. Подобные сведения есть и о других аномальных зонах - к сожалению, их количество (особенно с учетом первого пункта нашего перечисления) не позволяет говорить об однозначной зависимости, этот вопрос требует дальнейших исследований.

5. "Литературный след" прослеживается для аномальных зон точно так же как и для других АЯ. Для примера приведу Елюю Черкечех - таинственное место в верховьях Вилюя (Якутия-Саха):
"В те далекие времена, когда все началось, эту местность населяли немногочисленные кочевые тунгусы. Однажды их отдаленные соседи увидели, как ее внезапно окутала непроницаемая мгла, и окрестности потряс оглушительный рев. Поднялся небывалой силы ураган, землю сотрясали мощные удары. Молнии рассекали небо во всех направлениях. Когда все стихло и мгла развеялась, перед их потрясенными взглядами открылась невиданная картина. Посреди выжженной земли сияло на солнце высокое вертикальное сооружение, видимое с расстояния многих дней пути.

На протяжении длительного времени сооружение испускало неприятные, режущие слух звуки и постепенно уменьшалось в высоте, пока вовсе не исчезло (возможно, под землей). Кто из любопытства пытался проникнуть на эту территорию, назад не возвращался.

Со временем удобренная пеплом и золой почва восстановила растительный покров. Сплошная молодая поросль привлекала к себе зверя, а за животными потянулись и кочевые охотники с соседних земель. Как оказалось, их там ожидало и прекрасное с виду жилье - высокий куполообразный "железный дом", покоящийся на многочисленных боковых опорах. Но войти в него не удалось - он был высок и гладок, не имея ни окон, ни дверей. В некоторых местах из-под земли выглядывали и другие металлические конструкции.

На месте сияющего высотного сооружения зияло огромное вертикальное "жерло". По причудливым описаниям легенд, оно состояло из трех ярусов "хохочущих бездн". В его недрах находилась якобы целая подземная страна со своим, но "ущербным" солнцем. Из жерла поднимался удушливый смрад, и поэтому близ него не селились. Со стороны было видно, как над жерлом появлялся иногда "вращающийся остров", оказавшийся затем его "захлопывающейся крышкой".

Прошли века. Некоторые конструкции погрузились в вечную мерзлоту. Почти ушел в нее и "железный дом". Стало возможным залезть на его купол, где оказался уходящий вниз винтообразный спуск. По нему можно было попасть в кольцевую галерею из множества металлических комнат, где даже в самые сильные морозы было тепло как летом. Но стоило провести там хотя бы несколько дней подряд, и человек начинал сильно болеть, а вскоре умирал.

Со временем "дом" окончательно погрузился в мерзлоту, и на поверхности осталась только "арочка" входа. "Крышка" жерла заросла мхами и выглядела как обычный булгунях (бугор над линзой льда), которых на вечной мерзлоте великое множество.

Ничто не предвещало никаких событий, но однажды произошло небольшое землетрясение, и небо пронзил тонкий "огненный смерч". На его вершине возник ослепительный огненный шар. Этот шар, сопровождаемый "четырьмя громами подряд", оставляя за собой огненный след, по пологой траектории устремился к земле и, скрывшись за горизонтом, взорвался. Кочевники были обеспокоены, но не бросили обжитых мест, благо этот "демон", не принеся им вреда, взорвался над соседним воинственным племенем.

Через несколько десятилетий история повторилась - огненный болид улетел в том же направлении и снова уничтожил только соседей. Видя, что этот "демон" как бы является их защитником, о нем стали слагать легенды, прозвав "Нюргун Боотур" ("Огненный удалец").

 
Но через некоторое время случилось такое, что повергло в ужас даже самые отдаленные окраины. Из жерла с оглушительным ревом и грохотом вырвался гигантский огненный болид и... взорвался прямо здесь. Произошло сильнейшее землетрясение. Некоторые сопки рассекли трещины глубиной более ста метров. После взрыва долго еще плескалось "огнереющее море", над которым парил дисковидный "вращающийся остров". Последствия взрыва распространились в радиусе более тысячи километров.

Уцелевшие по окраинам кочевые племена разбежались в разные стороны, подальше от гибельного места, но от смерти их это не спасло. Все они вымерли от какой-то странной, передающейся только по наследству, болезни. Зато они оставили после себя подробные сведения о случившемся, на основе которых сказители-олонхоуты стали слагать красивые и необычайно трагичные легенды".

И действительно, сохранилось немало легенд о том, что в "Долине смерти" находятся странные сооружения. Вот свидетельство охотника, блуждавшего в засушливый период по тайге. Попытавшись добыть льда из булгуняха - ледовой линзы, сверху обычно прикрытой землей, он начал копать, но под тонким слоем почвы обнаружил не лед, а красноватую металлическую поверхность очень большого, уходящего в мерзлоту купола. Охотник испугался и постарался скорее покинуть это место. Другой подобный случай: обнаружился край купола сантиметров в десять толщиной; на этот раз охотник тоже не стал копать дальше. По его словам, булгунях был с метр высотой и около 5-6 м. в диаметре.

Рядом с рекой Олгуйдах обнаружили вонзившуюся в землю гладкую металлическую полусферу красноватого цвета и с таким ровным краем, что "режет ноготь". Толщина ее стенки - около 2 см. Стоит она накренясь, так что под нее можно въехать верхом на олене. Ее обнаружил в 1936 году геолог, но в послевоенное время следы затерялись. В 1979 году ее попыталась отыскать небольшая археологическая экспедиция из Якутска. Проводник - старый охотник, в молодости неоднократно видевший объект, - не смог вспомнить к нему дороги, поскольку, по его словам, местность сильно изменилась. (Ксения Захарова, "Долина Смерти в верховьях реки Вилюй").


Подождите, но ведь примерно в тех местах располагался подземный городок-база из романа Александра Беляева "Продавец воздуха". Роман был опубликован в 1929 году и имел фантастическую популярность - в те времена книги, вообще, значили для людей намного больше чем теперь, да и сравнимых с Беляевым писателей было не так много. На этих романах воспитано несколько поколений, может быть, поэтому и образовалась аномалия? Может быть, здесь мы имеем просто чуть более ясную связь, которая прослеживается и в иных местах - связь неочевидную и потому долго остававшуюся скрытой?

А ходящие на Волге легенды о Степане Разине могли породить картины другой аномальной зоны - Кир Углы.
В 1927-м году Н. А. Степной записал в тех местах следующую легенду: "И когда встает на востоке над Волгой солнце, видны над рекой дворцы и стены Мирного города. И стоит он по-старому, и ждет когда богатства его людям понадобятся... Мирный город - это и есть главный дворец княжны Волги. Здесь ее склады, разные помещения. А в них чего-чего она, княжна, не положила. ...Княжна бережет накопленное, охраняет..."

Здесь нужно внести ясность. Княжна - та самая, которую Стенька Разин утопил. А сам он представляется в местных преданиях как злобный карлик, грабящий всех, кого увидит. "Лодка Стеньки Разина давно уже не летает. Столько в ней злата, серебра, жемчугов да алмазов, что вросла она в землю по самую верхушку мачты. А хозяин бегает вокруг лодки, пытается вытащить, бесится, но сделать ничего не может".

На основании нашего опыта, который говорит что окружающий мир гораздо менее пластичен, чем наше сознание, мы считаем, что сознание подстраивается под мир - но есть наблюдения, которые говорят что процесс этот взаимен. Это и будет одной из тем четвертой, последней статьи нашего цикла.

Владимир СМОЛИЙ aka Rigel



 

Комментарии :

Комментариев нет

«Миражи над Жигулями»©2001—
При перепечатке статей обязательна прямая обратная ссылка на этот сайт.